Причины продовольственного кризиса

  • автор:

Угрожает ли России мировой продовольственный кризис

Прошлая неделя оказалась урожайной на прогнозы, касающиеся мирового продовольственного кризиса. Причём оптимистичного развития событий никто не предрекает. Различаются лишь сроки: по мнению одних, ничего хорошего в ближайшие два-три года планету не ожидает; по мнению других, нехватка продовольствия будет оставаться главной мировой проблемой как минимум десятилетие. Россию эта беда тоже затронула – цены не еду растут рекордными темпами. Насколько сильно ударит мировой кризис по россиянам, выясняла «Наша Версия».

По прогнозу Всемирного банка, ожидать скорого выхода из продовольственного кризиса не стоит. По словам управляющего директора этой организации Хуана Хосе Дабуба, кризис продлится ещё два-три года и за это время продовольствие станет столь же стратегически важным товаром, как нефть. Рост цен на продовольствие уже привёл к тому, что 100 млн. человек в мире оказались за чертой бедности. Но выхода специалисты из сложившейся ситуации пока не видят – Дабуб лишь пожалел об участи бедняков и посоветовал начать привыкать к новым экономическим реалиям.

Цены на продовольствие начали резко расти в 2007 году, и до последнего времени темпы роста оставались неизменными. Главный азиатский продукт питания – рис – подорожал за год в два раза. Кукуруза, пшеница, соя, молоко, мясо ставили один рекорд за другим. Что поставило на грань выживания миллионы людей, в первую очередь в странах третьего мира. Главным виновником этих процессов эксперты называют ипотечный кризис в США, вызвавший отток капиталов из финансовой сферы. Однако объяснения причин явления вряд ли удовлетворят бедняков: в мире начались первые голодные бунты. И остановить эти процессы не удастся: практика замораживания цен не вызывала сильного снижения цен на продовольствие.

Прогноз ООН и Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР) ещё более пессимистичен. По расчётам специалистов этих организаций, в ближайшее 10 лет цены на продовольствие не снизятся, а будут только расти. Впрочем, даже этот пессимистичный прогноз многим экономистам всё же представляется чрезмерно радужным – слишком небольшой рост цен прогнозируется ооновскими специалистами. Реальность может оказаться куда более суровой. К примеру, только было замершие цены на продовольствие снова поползли вверх после разрушительного землетрясения в Китае, уничтожившего значительную часть сельскохозяйственных угодий.

Очевидно, что Россия, будучи частью мировой экономической системы, не сможет оказаться в стороне от этого процесса. «Наша Версия» узнала, какие прогнозы строят эксперты относительно будущих цен на продовольственном рынке. Мнения, как водится, разделились. Одни полагают, что мировой кризис – самое удачное время для российских фермеров. Другие массового голода не ожидают, но и поводов для радости тоже не видят. Третьи полагают, что россияне сильно пострадают от мирового кризиса – наравне со странами третьего мира.

ВЕРСИЯ ПЕРВАЯ: Пояса затягивать не придётся

Многие эксперты и экономисты сходятся во мнении, что с продовольствием у нас в стране пока всё в порядке и дела обстоят намного лучше, чем у большинства других стран. Роста цен на продовольствие нам всё же не избежать, однако последствия этого роста будут для россиян минимальными. Новый глава кабинета министров Владимир Путин одним из первых дел на посту председателя правительства поручил вплотную заняться сельским хозяйством. По словам премьера, российские фермеры должны нарастить объёмы производства зерна до 1 тонны на душу населения. Такой объём производства может потребоваться только в том случае, если государство захочет перейти на полное самообеспечение мясной и молочной продукцией и избавиться от зависимости от иностранных поставок. По оценкам независимых экспертов, планы, несмотря на амбициозность, вполне реализуемы. Причём, судя по всему, за сельское хозяйство новое правительство намерено взяться всерьёз: вполне возможно, что будут даже пересмотрены достигнутые ранее договорённости с ВТО, значительно ограничивающие возможности для государственной поддержки фермеров. Эти меры позволят уменьшить влияние «импортируемой инфляции».

По теме1770

Вопрос о добыче нефти и будущих параметрах ее снижения пока не решен. Россия и Саудовская Аравия, вероятно, договорятся о конкретных деталях непосредственно в рамках заседания ОПЕК+.

Кроме наращивания производства как средства сдерживания цен на продовольствие рассматриваются и другие меры, такие как увеличение запасов или даже введение продовольственных карточек для компенсации затрат на еду для малообеспеченных граждан. Принимаемые меры могут позволить России пережить мировой продовольственный кризис без сильных потерь. Кроме того, вполне возможно, что благодаря ему Россия ещё и заработает: мировые цены на продовольствие в ближайшее время снижаться не собираются, благодаря чему сельское хозяйство станет в одной из самых выгодных отраслей.

Вероятность: 50%

ВЕРСИЯ ВТОРАЯ: Еда станет дороже, но голодная смерть не грозит

Рост цен на продовольствие может стать весьма серьёзным испытанием для наших граждан. Ссылки на мировой кризис не всегда оказываются оправданными. Если сравнить данные по росту цен Росстата и Евростата, еда в Европе дорожает более скромными темпами. К примеру, овощи в ЕС с начала года подорожали на 3%, в то время как в России – на 32,9%. Хлебобулочные изделия и крупы – на 3,3 и 11,8% соответственно. То есть еда в России дорожает быстрее, чем в Евросоюзе. При этом еврочиновники оценивают сложившуюся ситуацию как угрожающую для благополучия наименее обеспеченных сограждан. Очевидно, что финансовое положение среднего россиянина значительно менее устойчивое по сравнению с жителями ЕС: там средние затраты на питание составляют порядка 15% доходов. В то время как у нас почти половина россиян тратит на еду большую часть своего бюджета. По разным оценкам, в России сейчас от 13 до 20% бедняков, то есть порядка 20 млн. человек. Рост цен ударит в первую очередь по ним. По данным опроса, проведённого ВЦИОМ, более 52% россиян уже были вынуждены умерить свои аппетиты из-за роста цен на продовольствие.

Впрочем, совсем тяжёлых последствий продовольственного кризиса россиянам эксперты не предрекают: по всей видимости, нашим соотечественникам придётся затянуть пояса. Однако до голодных бунтов, как в странах третьего мира, по счастью, не дойдёт.

Вероятность: 35%

ВЕРСИЯ ТРЕТЬЯ: Голод в России может стать реальностью

Россия пока ещё слишком зависима от поставок продовольствия из-за рубежа. По словам министра сельского хозяйства Алексея Гордеева, доля импорта на мясном рынке достигает 41%, на молочном – 26%. Физический объём экспорта по итогам 2007 года увеличился на 28%, и, по словам Гордеева, тенденция роста сохраняется. Очевидно, при такой доле импорта колебания цен на внешнем рынке скажутся и на ценах внутри страны.

По словам депутата Госдумы Виктора Семёнова, «мы уже потеряли продовольственную безопасность». По его словам, 20-процентная доля в импорте продовольствия – слишком большой риск в условиях мирового продовольственного кризиса. По словам депутата, теоретически наша страна способна обеспечить себя и даже накормить соседей. Но теория сильно разнится с практикой: наши фермеры из-за отсутствия внятной государственной политики в области продовольствия не способны конкурировать с импортной продукцией. К примеру, заморозка цен на продукты питания ударила в первую очередь по фермерам. Отпускную цену им на свою продукцию повышать запретили, а расходы на производство меньше не становятся. В результате хозяйства становятся банкротами. Так, по данным Росстата, за 15 лет закрылись 114 тыс. фермерских хозяйств. Количество крупного рогатого скота сократилось в два раза. Производство молока с 93-го года упало на 44%, а мяса – на 51%.

Если негативную тенденцию в отечественном сельском хозяйстве в ближайшее время переломить не удастся, то голодные бунты могут стать суровой реальностью для России.

Вероятность: 15%

Главный вопрос, которым сейчас задаются россияне, ждет ли их обвал экономики и дефолт, подобный тому, что случился в 1998 году. На самом деле ситуация может быть куда хуже, чем 22 года назад в силу объективных факторов и неумелых действий правительства.

Большинство экспертов говорят, что как таковой дефолт, то есть отказ государства платить по долгам, в ближайшее время маловероятен. Во-первых, нет той самой системы ГКО, которая накануне кризиса работала как финансовая пирамида. Во-вторых, внешние заимствования России невелики. В-третьих, накоплены немалые резервы, которые еще называют «подушкой безопасности».

Но важно понимать, что резервы, небольшой госдолг относятся к категории выполнения государством своих обязательств. Для граждан важнее, как они будут жить в новых условиях.

Современное положение дел характеризуется такими вещами, как падение цен на нефть и, как следствие, падение курса рубля. На эти серьезные и объективные трудности наложилась пандемия коронавируса, приведшая к закрытию многих предприятий как в России, так и в других странах.

Это значит, что многие предприниматели сейчас разорятся. Дальше — эффект домино. Миллионы человек лишатся работы, рухнет потребительский спрос, а с ним и надежда на восстановление производства и сферы услуг.

Но самое интересное, что правительство будет иметь возможность не пересматривать свою прежнюю политику. То есть люди будут сидеть дома без работы, перебиваясь случайными мелкими заработками. С другой стороны, много ли нужно в режиме изоляции? В конце концов, можно и про огороды вспомнить.

Государство же продолжит обесценивать рубль, но всё-таки будет выполнять социальные обязательства. Пенсии будут платить, бюджетники будут получать зарплату. Пусть на эти деньги купить можно будет всё меньше и меньше, но ничего критического не произойдет. Проще говоря, народ будет предоставлен сам себе, а государство продолжит прежнюю политику, продавая за рубеж нефть, газ и металлы.

Ситуация может выйти из-под контроля, если пандемия коронавируса затянется. Недавно достигнутое соглашение в рамках ОПЕК+ дает некоторую надежду на восстановление мирового рынка нефти. Однако спрос на сырье упал, и даже когда экономики крупнейших стран начнут восстановление, заполненные резервуары с нефтью еще долго будут обуславливать низкую потребность в топливе.

Хотя и тут теоретически правительство может найти выход. Просто резко сократить закупку импорта и оставить россиян даже без многих предметов первой необходимости. Но опять же, денег у людей не будет, станут донашивать купленное ранее, вспомнят советы по домоводству, как придать вторую жизнь старым вещам. То есть в середине 21-го века страна вернется к уровню жизни столетней давности.

Профессор кафедры экономической политики Санкт-Петербургского государственного университета Геннадий Алпатов считает ситуацию в отечественной экономики очень сложной и предлагает свои рецепты по выходу из кризиса:

— Главным источником бед для нашей экономики стала остановка многих малых предприятий, и никто не знает, сколько эта ситуация продлится.

Вторая причина кризиса — падение цен на нефть и соответственно падение доходов госбюджета. Даже если цены на нефть вырастут вследствие нового соглашения ОПЕК+, то количество этих поставок всё равно существенно сократится. Федеральный бюджет будет получать меньше иностранной валюты от сырьевого экспорта, и чтобы пополнить запасы, опустят курс рубля.

Получается тупиковая ситуация. Доходы от экспорта нефти будут падать, а цена импорта, который в основном состоит из машин, оборудования и товаров народного потребления, будет расти. Но количество средств у граждан будет сокращаться, значит упадет и импорт.

Даже когда эпидемия закончится, сократится и производство, и потребительский спрос.

«СП»: — Можно ли ждать дефолта в таком положении?

— До зимы страна может обойтись без дефолта. Действительно в резервах есть существенные запасы иностранной валюты, падение курса рубля будет происходить.

«СП»: — Не получится ли, что экономика просто перейдет на другие рельсы? Люди будут сидеть без работы, вспомнят про огороды, деньги фактически станут не нужны.

— Самый простой и очевидный способ правительству оказать помощь гражданам — это сделать нормальное пособие по безработице. И это вовсе не простая раздача денег «с вертолета», как сделали в Западной Европе. Там уже нормальное пособие существует. Выплаты по безработице должны быть на уровне 60−70% от средней зарплаты. Пока подняли только до уровня прожиточного минимума.

Если в условиях стагнации у людей будут деньги, то будет и потребительский спрос. Таким образом худо-бедно экономика сможет оправиться от простоя.

Но если правительство ничего не будет делать для финансовой поддержки спроса и ссылаться на прежние рецепты, то кризис будет очень тяжелым.

Пока до последнего времени мы видели, что государство делало вложения в крупные инвестиционные проекты. Но какова отдача от них? Тратились средства, это формально увеличивало ВВП, но никого будто не волновало, когда проекты окупятся. Вот строят газопровод, вложения увеличивают ВВП, а окупится ли труба, неизвестно.

Но люди должны чем-то заниматься. Не стоит думать, что ситуация рассосется сама собой. Если ничего не сделать, то беднейшие 20% граждан просто начнут умирать с голоду.

Новости России: Бизнесу на шесть месяцев отложили уплату налогов

Курс доллара: Эксперты сказали, что будет с курсом доллара до конца апреля

10. Причины возникновения продовольственного кризиса

Продовольственный кризис складывался из ряда факторов, влияющих на экономику страны как каждый по отдельности, так и совместно.

Прежде всего, с началом Первой мировой войны в России прошел ряд мобилизаций, изъявших из экономики многие миллионы рабочих рук. Особенно болезненно это отразилось на деревне — у крестьян, в отличие от фабричных и заводских рабочих, не было «брони» от отправки на фронт.

Масштабы этого процесса можно оценить, исходя из роста численности российской армии. Если армия мирного времени состояла из 1 370 000 чел., то в 1914 году ее численность возросла до 6 485 000 чел., в 1915 году – до 11 695 000 чел., в 1916 году – 14 440 000 чел., в 1917 – 15 070 000 чел.

Для снабжения столь большой армии требовались огромные ресурсы. Но одновременно и естественно, изъятие столь большого числа рабочих рук из хозяйства не могло не сказаться на его продуктивности.

Во-вторых, в России началось сокращение посевных площадей. Как минимум на первом этапе оно не было напрямую связано с мобилизацией мужского населения в армию, в чем мы убедимся ниже, и должно рассматриваться как отдельный фактор.

Сокращение посевных площадей происходило как по причине оккупации ряда территорий, так и под влиянием внутренних факторов. Их необходимо разделить. Так, Н.Д. Кондратьев отмечает, что «оккупация определилась в более или менее полной форме к 1916 г.», что позволяет произвести оценку выбывших из оборота земель. Цифры таковы: общая посевная площадь в среднем за 1909-1913 гг. – 98 454 049,7 дес. Общая посевная площадь губерний, оккупированных к 1916 году – 8 588 467,2 дес. Таким образом под оккупацию попали 8,7% от общих посевных площадей империи. Цифра большая, но не смертельная.

Другой процесс происходил под влиянием внутренних политических и экономических факторов. Если взять общую посевную площадь (за вычетом оккупированных территорий) в 1909-1913 за 100%, динамика посевных площадей последующих лет предстанет перед нами в следующем виде:

1914 – 106,0%

1915 – 101,9%

1916 – 93,7%

1917 – 93,3%

«Общее сокращение посевной площади под влиянием политико-экономических факторов незначительно и дает к 1917 году всего 6,7%», — констатирует автор исследования.

Таким образом, сокращение посевных площадей само по себе еще не могло стать причиной продовольственного кризиса. Из чего же складывалась недостача продуктов питания, возникшая с 1914 года и стремительно развивающаяся впоследствии?

Немного проясняет вопрос взгляд на сокращение посевных площадей в зависимости от типа хозяйств — крестьянских и частновладельческих. Разница между ними в том, что первые были нацелены преимущественно на прокорм самих себя (в рамках хозяйства и общины), отправляя на рынок лишь невостребованные излишки. Их ближайший аналог — простая семья, ведущая собственное хозяйство. Вторые же были построены на принципах капиталистического предприятия, которое, используя наемную рабочую силу, нацелено на получение прибыли с продажи урожая. Оно не обязательно должно выглядеть как современная американская ферма — это может быть и помещичья латифундия, использующая крестьянские отработки, и зажиточный крестьянский двор, прикупивший дополнительно земли и обрабатывающий их с помощью наемных работников. В любом случае урожай с этой «излишней» земли предназначен исключительно на продажу — для хозяйства он просто избыточен, а сами эти земли обработать силами только хозяйства невозможно.

В целом по России без учета оккупированных территорий и Туркестана динамика посевных площадей по типу хозяйств будет выглядеть следующим образом: крестьянские хозяйства дают для 1914 года 107,1% к среднему показателю за 1909-13 гг, а частновладельческие — 103,3%. К 1915 году крестьянские хозяйства показывают рост посевных площадей — 121,2 процента, а частновладельческие — сокращение до 50,3%.

Аналогичная картина сохраняется почти для каждой части страны, взятой отдельно — для черноземной полосы, для Нечерноземья, для Кавказа. И лишь в Сибири частновладельческие хозяйства не сокращают посевных площадей.

«В высшей степени важно далее подчеркнуть, — пишет Кондратьев, — что сокращение посевной площади идет особенно стремительно в частновладельческих хозяйствах. И отмеченная выше относительная устойчивость посевной площади за первые два года войны относится исключительно за счет крестьянских хозяйств».

То есть крестьяне, лишившись рабочих рук, но хорошо представляя себе, что такое война, затягивают пояса и расширяют посевы — усилиями всей семьи, женщин, детей и стариков. А капиталистические хозяйства, также лишившись рабочих рук (мобилизация сказалась и на рынке рабочей силы), сокращают их. В этих хозяйствах некому затягивать пояса, они просто не приспособлены к работе в таких условиях.

Но главная проблема заключалась в том (и поэтому Кондратьев особенно обращает внимание на возникшее положение), что товарность зерна именно частновладельческих хозяйств была несоизмеримо выше крестьянской. К 1913 году помещичьи и зажиточные хозяйства давали до 75% всего товарного (идущего на рынок) хлеба в стране.

Сокращение именно этими хозяйствами посевных площадей давало существенное сокращение поступления хлеба на рынок. Крестьянские же хозяйства в очень большой степени кормили только сами себя.

Кстати, интересной темой для размышлений мог бы стать вопрос о том, что стало бы с Россией, удайся столыпинская аграрная реформа перед войной.

Наконец, третьим фактором, оказавшим серьезное влияние на формирование продовольственного кризиса, стала транспортная проблема.

В России исторически сложилось разделение регионов на производящие и потребляющие, или, в другой терминологии, на районы избытков и районы недостатков. Так, избыточны по хлебам были Таврическая губерния, Кубанская область, Херсонская губерния, Донская область, Самарская, Екатеринославская губернии, Терская область, Ставропольская губерния и другие.

Недостаточными являлись Петроградская, Московская, Архангельская, Владимирская, Тверская губернии, Восточная Сибирь, Костромская, Астраханская, Калужская, Новгородская Нижегородская, Ярославская губернии и другие.

Таким образом, огрубляя, важнейшие районы избытков лежали на юго-востоке Европейской России, районы недостатков — на северо-западе. Соответственно этой географии складывались в стране и рынки — производительные и потребительские, а также выстраивались торговые пути, распределяющие потоки хлебных грузов.

Основным средством транспорта, обслуживающим продовольственный рынок в России, являлся железнодорожный. Водный транспорт, исполняя лишь вспомогательную роль, не мог соперничать с железнодорожным ни в силу развития, ни в силу географической локализации.

С началом Первой мировой войны именно на долю железнодорожного транспорта пришлось подавляющее большинство перевозок — как огромных масс людей по мобилизации, так и титанических объемов продуктов, амуниции, обмундирования для их снабжения. Водный транспорт ничем не мог помочь на западном направлении в силу естественных географических причин — водных артерий, связывающих восток и запад России, просто не существуют.

С началом мобилизации железные дороги западного района — почти 33% всей железнодорожной сети — были выделены в ведение Военно-полевого управления практически исключительно для военных нужд. Для этих же нужд в западный район была передана значительная часть подвижного состава. Управление железными дорогами было, таким образом, разделено между военными и гражданскими властями.

Никогда и нигде многовластие не доводило до добра. Мало того, что на восточный район легла вся тяжесть снабжения западного мобилизованного района. Из западного района перестал возвращаться обратно подвижной состав. Возможно, он был куда более необходим в прифронтовой полосе — даже наверняка. Но такого рода вопросы требовали единого центра принятия решений, с трезвой оценкой всех плюсов и минусов. В нашем же случае к лету 1915 года задолжность западного района перед восточным достигла 34 900 вагонов .

Перед нами открывается одна из важнейших причин продовольственного кризиса — железнодорожные магистрали, обеспечивая огромные по масштабам военные поставки и испытывая острую нехватку подвижного состава, не могли справиться с нуждами гражданского сообщения.

В реальности из-за неразберихи, отсутствия единого руководства, изменения всего графика движения и мобилизации части подвижного состава перевозки в стране падали в целом. Если принять за 100 процентов среднее количество перевозок за 1911-1913 гг., то уже во втором полугодии 1914 их объем составил 88,5% от довоенного уровня, а специальных хлебных перевозок — лишь 60,5%

«Столь значительные требования войны к железным дорогам, — констатирует Кондратьев, — привели к тому, что основные железнодорожные артерии страны, связывающие главнейшие районы избытков продовольственных продуктов с потребляющими центрами внутри страны, оказались уже к концу первого года войны или совершенно недоступными для частных коммерческих грузов.., или доступ этот был крайне затруднен» .

Рынок продовольствия в России рухнул. Вот где причина возникновения недостатка продуктов питания с первого года войны при излишках хлеба, вот причина лавинообразного роста цен. Здесь же кроется одна из причин сокращения посевных площадей — если нет рынка, нет смысла и выращивать.

Аналогичные проблемы возникли и у промышленности — развалилось частное, а по большому счету и общее снабжение сырьем и топливом. Если у оборонных заводов в этой ситуации оставался шанс остаться на плаву (он исчез в 1916 г., о чем ниже), то для остальных предприятий без общей милитаризации экономики перспективы выглядели крайне безрадостно.

При этом за одной большой проблемой скрывалась не меньшая, если не большая по величине. Стараясь хоть как-то компенсировать недостачу вагонов и локомотивов, а также все падающие грузоперевозки, железнодорожники значительно, сверх нормативов увеличивали использование наличного подвижного состава.

Как это часто бывает при эксплуатации сложных систем, в критических обстоятельствах велик соблазн вывести их на сверхнормативные режимы работы, выжать по максимуму, разогнать до предела, добившись временной компенсации возникших потерь. Вот только система, достигнув определенного порога возможностей, неизбежно и безвозвратно идет вразнос.

Что-то подобное произошло с железнодорожным транспортном в Российской империи. «Возрастает средний суточный пробег наличного товарного вагона и паровоза… Возрастает количество погруженных и принятых вагонов и общий пробег их.., — пишет Кондратьев. — Повышение работы идет вплоть до пятого полугодия войны, до июня-декабря 1916 г., когда наступает перелом к ухудшению».

Дальше — лавинообразный выход из строя подвижного состава, хаос и разруха, которые касаются уже не только хлебных рынков, но и экономики вообще.

Примечания:

Н.Д. Кондратьев, «Рынок хлебов и его регулирование во время войны и революции». М.: «Наука», 1991. Стр. 158

там же, стр. 121

там же, стр. 121

там же, стр. 122

БСЭ, статья «Сельское хозяйство»

Н.Д. Кондратьев, «Рынок хлебов и его регулирование во время войны и революции». М.: «Наука», 1991. Стр. 96

там же, стр. 136

там же, стр. 137

там же, стр. 136

там же, стр. 137

там же, стр. 138

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Причины мирового продовольственного кризиса

В то время как население развивающихся стран подвергается болезням от хронического недоедания, население промышленно развитых стран страдает болезнями, также связанными с питанием, но в ином смысле. Населению развитых стран угрожают болезни, возникающие вследствие переедания, излишнего потребления калорийной пищи. Часть населения мира гибнет раньше времени от того, что никогда не может поесть досыта, а другая часть, образно выражаясь, «объедается до смерти».

В развитых странах суточный рацион, приходящийся на душу населения, превышает 3100 ккал, а в развивающихся не достигает и 2200 ккал. При этом, например, в 1969 — 1971 гг. потребление белков на душу населения в развитых странах составляло 96 г в сутки, а в развивающихся странах — 58 г. Калорийность и количество животных белков в суточном рационе населения некоторых районов мира показаны на рис. 2. Потребление в развитых странах высококалорийной пищи, особенно продуктов, богатых углеводами и насыщенными жирами, при малоподвижном образе жизни значительной части населения часто приводит к ожирению. Главными болезнями населения развитых стран, связанными с избыточным питанием, являются диабет, гипертония, заболевания сердечнососудистой системы. Именно эти болезни приводят к ухудшению состояния здоровья и росту смертности населения промышленно развитых стран. В других регионах мира одна из главных причин высокого уровня смертности населения — голод.

Мировой продовольственный кризис в сущности не что иное, как недостаточная обеспеченность населения развивающихся стран продовольствием. Очевидно, развивающиеся страны, преодолевающие трудные проблемы, нельзя обвинять в том, что они недостаточно развиты в экономическом отношении. Главная вина за это лежит на развитых в промышленном отношении капиталистических государствах, которые еще недавно строили свое благополучие в значительной мере на беспощадной эксплуатации колоний.

При рассмотрении вопроса о мировом продовольственном кризисе необходимо прежде всего уяснить, что же произошло в 1972 г. Какими причинами вызван хотя и не самый глубокий, но все же наиболее значительный в истории человечества продовольственный кризис? Стихийными бедствиями? Крайне неблагоприятными погодными условиями? Всеобщим экономическим кризисом? Политическими и экономическими махинациями? Неверной социально-экономической политикой соответствующих государств? Или ростом народонаселения земли, достигшим максимального предела? На эти разные по содержанию вопросы можно было бы дать разные по содержанию и в какой-то определенной мере правильные ответы, однако поиски корней этих проблем как по существу, так и в логическом и историческом плане следует начинать с рассмотрения сущности колониализма и международного разделения труда в мировом капиталистическом хозяйстве.

Развивающиеся страны начинали самостоятельное национальное развитие в условиях, когда их экономика была ориентирована на достижение одной цели — обслуживание метрополии. Поэтому с получением независимости они сразу же столкнулись с неоколониалистическими стремлениями капиталистического мира, с беспощадными законами капиталистического

рыночного хозяйства, с грабительской политикой многонациональных корпораций, с ухудшением соотношений международного обмена. Перед руководством развивающихся стран одновременно встали проблемы внутреннего снабжения населения продовольствием, ряд социальных и других проблем. Нельзя утверждать, что и другие субъективные или объективные обстоятельства не способствовали возникновению сложного положения в развивающихся странах. Но несомненно одно — при детальном и глубоком рассмотрении отдельных частных явлений мы неизменно возвращаемся к колониальному наследству как к основной причине, обусловившей все трудности.

В возникновении мирового продовольственного кризиса, помимо основных причин, определенную роль сыграли и такие усугубляющие факторы, как неблагоприятные погодные условия, в частности засуха в обширных районах Африки. В специальном исследовании ФАО о развитии сельскохозяйственного производства в период 1952—1972 гг. нет прямых указаний на глобальное отрицательное влияние погодных условий. В то же время в анализе подчеркивается, что такие положительные и отрицательные факторы, влияющие на сельскохозяйственное производство, как, например, расширение орошаемых площадей, вовлечение в производство менее плодородных земель, совершенствование техники и технологии возделывания сельскохозяйственных культур, эпидемии сельскохозяйственных животных, стихийные бедствия, капризы погоды и т. д., в рассматриваемом периоде глобально уравновешивали друг друга. Капризы погоды в течение 1 — 2 лет в принципе не могут вызвать устойчивого голода в масштабах всего мира.

В мировой продовольственной проблеме 1972 год явился поворотным. Одновременное сокращение производства сельскохозяйственной продукции в ряде стран мира привело к резкому росту цен, обострению инфляции, что катастрофически повлияло на продовольственное положение мира. За предшествовавшие два десятилетия впервые было отмечено абсолютное сокращение мирового производства продовольствия. Производство зерновых, включая пшеницу и другие хлебные злаки, а также рис, сократилось по сравнению с предшествующим годом на 33 млн. т. Потеря такого количества зерна вызвала немалые трудности, поскольку производство зерна во всем мире должно возрастать ежегодно примерно на 25 млн. т, чтобы обеспечить продовольственные потребности 80 млн. человек, составляющих прирост населения мира.

Вследствие неожиданного сокращения производства зерна в 1972 г. возник значительный дефицит продовольствия, причем именно в тот период, когда североамериканские государства, и прежде всего США, еще проводили политику ограничения сельскохозяйственного производства. Впервые за десятилетие имел место случай, когда в целом ряде крупных зернопроизводящих стран одновременно отмечались неблагоприятные погодные условия. Вследствие этого запасы зерна в важнейших странах — экспортерах пшеницы сократились с 49 млн. т в 1971 — 1972 гг. до 29 млн. т в 1972 — 1973 гг. Мировые запасы риса практически были исчерпаны. Всего этого было достаточно для того, чтобы возникло катастрофическое положение в мире. Это нетрудно понять даже без детального рассмотрения проблемы использования запасов зерна.

По материалам книги «Мировая продовольственная проблема», 1979 г.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *