Никита небылицкий

  • автор:

«Низы не хотят, а верхи…». Ведущий «Серебряного дождя» — о коррупции и слоне в Антарктиде

«АиФ»: — Никита, в век тотальной развлекухи на ТВ и радио вы проводите свой «Прайм-тайм», где обсуждаете актуальные политические и экономические события. Кто ваши слушатели?

Н.Н.: — Простые думающие люди. У «Серебряного дождя» позиция не оппозиционная, как сейчас принято говорить, и не проправительственная. Она просоциальная, что ли… Подавляющее большинство наших слушателей — достаточно взвешенные люди. Они не хотят, размахивая знамёнами, двинуться на Кремль. Но при этом они не готовы, чтобы продолжалось то застойное болото, в котором мы сейчас, собственно, и живём и из-за которого появляются разговоры о штрафах в полмиллиона рублей за превышение скорости. Если сегодняшняя власть не собирается предпринимать некие действия, то рано или поздно появится другая сила, которая предложит конкретное решение всех проблем. И в этом случае та самая умеренная часть общества, которая на сегодняшний день готова прислушиваться и принимать власть, категорически её отвергнет. Всё, что я говорю в своей программе, — это моя оценка как гражданина того, что происходит с моей страной.

«АиФ»: — И что происходит?

Н.Н.:- Я не вижу каких-то подвижек со стороны власти. Вижу только закручивание гаек. Причина? Как по Ленину: низы не хотят, верхи не могут. Выстроилась такая общественно-политическая модель, которую при всём желании существующая власть пока не знает, как изменить. За 10 лет провозглашённой стабильности мало что изменилось в стране. Всё, что было в 2002 году, в 2012 году и осталось. А вот запросы общества изменились. Общество стало более продвинутым, оно поумнело, оно не готово слепо верить, ему нужно объяснять. Если наша политическая элита сможет объяснить, то необходимость в протестах отпадёт как таковая. А если элита будет продолжать закручивать гайки — в виде не очень аккуратного обращения с результатами выборов, не слишком вежливого отношения к тем чаяниям, которые общество высказывает, — возможен взрыв. Пускай запросы общества формулируются странно и наивно-гламурно, как это происходило на Болотной площади. Но тем не менее это всё равно запросы общества. И власть, безусловно, должна на них реагировать. Но я категорически не согласен с оппозиционной теорией о том, что элита обязательно должна смениться. Я не вижу пока другой элиты, на которую можно сменить эту. А хаос нам точно не нужен.

Борьба с коррупцией, которая у нас происходит, — это на самом деле борьба с моделью, которая существует ещё со времён советской власти. Когда человеку платили мало по прин­ципу «остальное доворует». И тогда эффективность работы, порядочность и соблюдение законодательства заменились почитанием вверху стоящего и выстроилась та самая вертикаль власти. Станица Кущёвская — очередное доказательство. Власть в состоянии эту ситуацию изменить и переломить — она просто пока не нашла способы. Но, вместо того чтобы вступить в дискуссию, организовать общественно-дискуссионную площадку, она занимается профанацией.

«АиФ»: — Вы ещё говорите, что у вас позиция не оппозиционная?!

Н.Н.:- Я ни в коем случае не утверждаю, что «Единая Россия» — нежизнеспособная партия. Вполне может быть, что жизнеспособная. Просто любой механизм, даже такой огромный, как «Единая Россия», должен адекватно реагировать на изменение ситуации вокруг. Если африканского слона, большого и сильного, поместить в Антарктиду, то слон замёрзнет. Если на него попону не надеть. В данный момент «Единая Россия» напоминает африканского слона, который пришёл в Антарктиду. Видимо, она надеется, что у неё, как у мамонта, вырастет шерсть, но это маловероятно!

Вообще-то следовало бы дальше привести весь бред. Ну, про самолет Пе-8/Тб-7, внутри которого было гениальное изобретение – пятый мотор, и который якобы летал на дальность 11000 км (полагаю, что Никита попутал дальность и потолок))) ), на высоте, куда не залетают ни птицы, не зенитные снаряды, ни соколы Люфтваффе (правда, Никита выдал вообще вещь: «Я не помню как называлось военное отделение Люфтваффе») таща при этом бомбу в 5 тонн. И таких орлов страна могла производить 1500 штук в год. А значит, берем 1500 самолетов, вешаем на них 7,5 кт бомб, это почти Хиросима и всё, писец Германии, мы разрушаем всю ее экономику, мы чемпионы и не тратим 4 года на путь до Берлина и лишаем США мировой гегемонии после войны. Но Сталин отменил свой указ 1936 года о постройке Тб-7, потому как хотел напасть и ничего не разбомбить, а захватить, и стал делать другие самолеты, вот поэтому и началась война и мы потеряли миллионы людей, а знай Гитлер про 1500 Тб-7, он никогда-никогда, ибо это есть фактор сдерживания. А всё от того, что Сталин, он конечно гений (Никита вообще говорил о нем с большим восхищением), но нет демократии, нет плюрализма и вот результат – миллионы погибших. А вот был бы чудо ероплан…
Не, ну я ещё бы понял, если бы горячо любимая Люся Грин – ну настолько она далека от этого, ну Собчак, хотя нет, Ксения не могла, она когда что-то не знает, то всегда спрашивает у других и ей объясняют, Козырев бы конечно мог бы… Но Никита…
Можно долго рассказывать, что и как там было с Пе-8, что бомба в 5 т появилась только в 1943 году и была не самой хорошей, но за то безумно дорогой, что никогда не летал ероплан на 11000 км, что залетали на его высоту уже к 39-му году и снаряды и соколы даже на Bf-109E, что производить этот очень сложный, дорогой и нетехнологичный самолет (плазово-шаблонный метод, который позволил в итоге дать пневмогайковерт в руки Мерлин Монро и посадить ее собирать «Либерейтора» пришел в СССР позже, чем родился Тб-7) в количествах 1500 в год страна не только не могла, но даже и не мечтала, максимум – ну 250 мечтала, стране обещали не больше 150, сделали еще меньше, а уж про моторы…
Дело не в мелочах, хотя и в них не надо врать (ну, если мягче, то «выдавать в эфир непроверенную информацию»).
Сталин не мог отменять свой указ 1936 года о производстве Тб-7, потому как такого указа не было. Потому как нечего было производить еще в 1936 году. Единственное, что мог Сталин отменить, так это решение о принятии Тб-7 на вооружение и развертывание его производства на 124 заводе в Казани. Но это не 1936 год. На дворе стояла весна 1938 года. Единственный построенный к этому моменту Тб-7 совместными усилиями учили летать в Крыму, потому как там тепло, там яблоки. Туполев и Петляков уже сидят и больше не будут иметь никакого отношения к Тб-7, но Сталин почему-то не закрывает проект, а совсем наоборот.
Дальше – больше. Возможно, Никите это не известно, но 1500 взрывов бомбы в 5 тонн (там больше получалось в тротиловом эквиваленте, потому как смесь ТГА внутри них была поядренее), это 1500 взрывов бомб калибром в 5 тонн. А взрыв одной ядерной или неядерной (таких нет) бомбы в 7,5 кт – это взрыв одной бомбы. Примерно разницу в этом Никита может себе представить на таком, очень ограниченном примере: 10 раз стукнуться головой со всей дури о кирпичную (в четверть кирпича – пусть) стену, а затем взять гирю весом, ну даже 32 кг (пусть голова Небылицкого весит 3,2 кг) и с той же дурью двинуть о стенку ей. Результат примерно покажет разницу. Именно по этому, Берлин, на который было только союзниками сброшено в принятой Небылицким шкале 67 кт бомб, что где-то в четыре раза больше, чем то, что прилетело на Хиросиму и в три с лишним раза больше того, что упало на Нагасаки, не был также разрушен. Даже электростанции работали если что, не говоря уже про телефон, телеграф, мосты и зоопарк. И огромные заводы Сименса и иже с ним. И Гитлер не испугался и из Берлина не сбежал. И даже Дрезден, который бомбили две страны совершив только на одну сортировочную станцию суммарно больше 1500 самолето-вылетов тяжелых бомбадировщиков – это даже близко не лежит к Хиросиме.
Поэтому-то и бессмысленно рассуждать о «факторе сдерживания». Не было такого понятия в конце тридцатых годов. Не убоялся бы никто 1000 Тб-7 по Суворову или 1500 по Небылицкому также как никто не убоялся раньше 800 Тб-3. Понадобилось мгновенно умерщвить более 150 тысяч японцев в двух городах и продемонстрировать невиданную доселе ЗОНУ СПЛОШНОГО РАЗРУШЕНИЯ, чтобы оружие стало фактором сдерживания войны.

Никита Небылицкий: Надо было валить в 1991-м

Мы начинаем этот проект беседой Игоря Свинаренко с Никитой Небылицким, который в России производит гоночные карты, а в Испании — электроэнергию. И еще осетровую икру, причем столько, что съесть ее всю не удается, и излишки приходится, увы, продавать.

Никита Небылицкий родился в 1966-м в Москве в семье кинематографистов. Закончил ВГИК. Девятикратный чемпион СССР по автомобильному спорту (ралли). Вел программу «Прайм-тайм» на радиостанции «Серебряный дождь».

Женат, сын Антон Небылицкий — профессиональный автогонщик. Интервью подготовлено в сотрудничестве с проектом «Тут и там».

Никита Небылицкий. Фото с личной странницы в Facebook

Игорь Свинаренко: Вы вот свалили, а мы тут за вас отдуваемся, мерзнем и вообще…

Никита Небылицкий: Я и тебя уговорю, и ты переедешь в какую-нибудь теплую страну, где не надо будет ждать, пока включат отопление. До нас как раз дошла информация, что москвичи мерзнут.

ИС: Ха-ха. Расскажи-ка для начала, что будет в России? Ну-ка, твоя версия. (Уж я-то знаю — эмигранта хлебом не корми, дай ему рассказать о неминуемом крахе России и о том, что он поступил очень умно, вовремя свалив.)

НН: Ну, Россия никуда не денется. Не испарится, не исчезнет. Все будет идти к такому позднему совку. И в какой-то момент придет в состояние 1989-го или 1990 года — только без телепрограммы «Взгляд» и с озверевшим населением. А вот что дальше будет, я не знаю.

ИС: Вот ты говоришь, что все будет как в 89-м. То есть опять стоять будет?

НН: Некому будет стоять.

ИС: Я имею в виду не кого, а что. Я хер имею в виду.

НН: А, в этом смысле? Это дело тонкое. Давай я тебе лучше расскажу о двух причинах, почему тогда все произошло. Тому было две причины. Первая — передрались бывшие советские республики. Вторая — согласно концепции, написанной под руководством Устинова, ожидалась глобальная война за ресурсы, и к ней готовились. Под нее производили оружие, а потом заводы, где оно выпускалось, закрыли, и граждане остались без работы. Придумали конверсию, но она не пошла. А сейчас то же самое, только денег нет.

ИС: Ну ты нас не пугай! Пока все тихо, а там или ишак сдохнет, или падишах.

НН: Конечно, они оба могут сдохнуть.

ИС: Начальство наше дает красивые радостные прогнозы.

НН: Сейчас я тебе все объясню. Вот у меня в Москве есть бизнес — два картодрома, и я для них произвожу карты, сам себе. Проект у меня свой. Производство вроде свое. Но! Если всмотреться, это не совсем русское производство. У меня китайский трубогиб, китайский же сварочный аппарат, голландский электрод, немецкая грунтовка и так далее.

ИС: Да и сам ты, например, еврей.

НН: Да, я, например, еврей, но дело даже не в этом. Получается, что прибавочная стоимость от материалов и оборудования уходит за рубеж, а здесь чисто ручной труд, доля которого в стоимости карта максимум 15%. В результате выходит что? Мало того, что производство неэффективно из-за идиотской налоговой системы, так еще из-за дикого количества людей, которые ничего не производят… Семеро с ложкой на одного с сошкой.

ИС: Ага, а если б ты сидел в Москве и сам пилил тут бюджеты, небось, по-другому бы разговаривал!

НН: Ну, я же уехал давно. Это был осознанный выбор. Тут важно соотношение полученного кайфа и рисков. Если человек готов спать ухом к двери и ждать, что за ним придут, готов унижаться перед чиновниками, уговаривать их взять деньги и превращаться в их глазах в дерьмо и дойную корову…

ИС: А вот расскажи, как так получилось, что однажды ты проснулся в другой стране. В Испании. И внезапно стал там постоянно жить. Когда ты уехал и при каких обстоятельствах?

НН: Полностью — в 2008-м.

ИС: Ага, прямо в кризис!

НН: Нет, до! Я никуда не хотел уезжать, меня все устраивало. Но вот как-то случайно я оказался в Монако на Новый год. Смешная штука — Нового года нет в Европе, одно Рождество. И вот сижу я в Монако, в кафе, рядом с портом. Везде насыпан искусственный снег, стоят игрушечные олени и снегоходы, типа у нас тут зима… Это был, кажется, 2003 год. Я тогда вдруг ощутил, что не хочу возвращаться назад. Это не было никак связано с политической ситуацией! Это было как в 91-м, когда случился путч, и я представил себе, что опять вернется эта серятина. Тогда я пошел к Белому дому, чтобы она не вернулась. И вот в Монако было похожее ощущение.

ИС: А ты что, сильно пострадал от советской власти?

НН: Нет. У меня была успешная советская номенклатурная семья. С большими начальниками-дедушками и с родителями-киношниками. Материальных претензий к тогдашней власти не было: видеомагнитофон, дача, «жигули», квартира.

ИС: Ты избаловался и уехал.

НН: Да и к теперешнему режиму у меня нет материальных претензий. Он не мешал мне жить и зарабатывать. Но для меня абсолютной ценностью является свобода. Я лучше буду шофером-дальнобойщиком там, где свобода, чем бизнесменом без материальных проблем и ведущим программы на модном радио («Серебряный дождь»).

ИС: Ты занимаешься в Испании бизнесом.

НН: Занимаюсь. Я никак не могу привыкнуть к тому, что никто не просит никаких откатов. К этому невозможно привыкнуть! Все время ждешь подвоха. По старой памяти стоишь в боксерской стойке.

ИС: Вот подробней расскажи про твой бизнес в Европе.

НН: Это многопрофильный проект. Вот, осетров выращиваем в речке. Кроме рыбы и икры, мы еще получаем попутно много рыбьего говна, которое засоряет речку. Ее надо вычищать, иначе оштрафуют. Говно это можно или выбросить, или переработать химическим процессом в ценное минеральное удобрение, одно из лучших в мире, что мы и делаем. Отходом этой переработки является газ метан, которым мы отапливаем производственные помещения.

ИС: Ага, ты зарабатываешь на углеводородах, только у тебя вместо нефти говно!

НН: Понимаешь, в детстве я читал книжку Войновича, про Чонкина, и меня восхитил описанный там круговорот говна в природе. И вот я это воплотил в реальности!

ИС: Видишь, как это полезно — читать книги! У тебя получилась описанная Марксом схема: говно — деньги — говно штрих.

НН: Да, да! И к тому же у меня производство не потребляет покупной энергии — мы, наоборот, сами производим электроэнергию и продаем ее. Это так прикольно! У нас две гидроэлектростанции.

ИС: Значит, ты увлекся зоологией.

НН: Да. Помню, я в детстве любил читать книжки Даррелла. Особенно мне запомнилось, как кенгуренок, рождаясь, переползает из ***** в мешок. Это произвело на меня неизгладимое впечатление.

НН: Прежде чем я уехал на ПМЖ, было разное. У меня же ребенок был гонщиком. Я купил ему camper, он же «караван», он же трейлер. Такой большой, там еще стенки раздвигаются, и получается 50-метровая квартира. Я думал, что так ему удобней будет. А оказалось, что это неудобно: после гонок все едут в аэропорт, а он ищет, где трейлер поставить. Чтоб перед следующей гонкой прилететь и забрать его. Ребенку camper не понадобился, и я решил попробовать поездить на нем по разным странам мира. Кстати, инфраструктура в Европе есть, бывают кемпинги уровня пятизвездочной гостиницы. Прежде чем переехать в Испанию, я довольно долго прожил в Бельгии. Проводил там больше времени, чем в России. Летал в Москву каждую неделю: во вторник туда, в четверг обратно. Я же тогда вел программу на радио. Так я летал три года. После Бельгии была Германия, потом Италия, потом Франция. И наконец, в Испании я понял, что тут надо останавливаться. Я нашел себе страну!

Дело даже не в том, что здесь дешево жить и тепло, сейчас на улице плюс 30 и так будет до конца декабря… Главное, что мне тут нравятся люди! Я как-то показал местным видео, где двое русских попали в ДТП, и вот они выскакивают из машин и начинают палить друг в друга из травматических пистолетов. Испанцы задавали мне вопросы: это что, у людей вендетта? Да нет, они просто поцарапали друг другу крылья, и вот стреляют. Испанцы не понимают, как можно из-за поцарапанного крыла стрелять в человека. Это нельзя им объяснить.

ИС: Какие ж они нежные: «Ах, как можно стрелять из травмата в людей!» Они немножко забыли, как сами друг друга убивали в ходе своей замечательной гражданской войны. Не то что травматами, а бомбами. И какие у них были прекрасные расстрелы. Как они душили каталонцев и басков.

НН: А еще они Христа распяли.

ИС: Не, то были римляне.

НН: Но столица Римской империи в то время была в теперешней Таррагоне. Это от меня в пяти километрах.

ИС: Это как-то неожиданно… Христа распяли… Хотя — фашизм, то-сё…

НН: Вообще не надо забывать, что до 1979 года Испания была фашистским государством. То есть национал-социалистическим. До 79-го в Испании вообще не было экономики, просто зеро. Все, что здесь построено: автострады, железные дороги, метро — это появилось после смерти Франко.

ИС: Интересно, что немецкий фашизм строительству дорог не мешал, а даже наоборот.

НН: А это потому, что любая фашистская структура — и у немцев, и у нас в начале двадцатых — поначалу дает большой прирост. Он был и в Испании. Этого хватает на 3–4 года, а потом все выдыхается. И система консервируется. Гитлер просто не дожил до краха… Да, испанцы погуляли очень сильно по буфету. Но после того, как погуляли, им стало стыдно. А нашим не стыдно, они рассказывают про эффективного менеджера.

ИС: Я думаю, русским тоже стыдно, но они признаться в этом не могут. Вот у Ленина была же работа «О национальной гордости великороссов».

НН: Испанцам объяснили, что нельзя убивать, а нашим — нет. Их церковь этим занималась, а православная — нет. (Я, кстати, крестился в возрасте 16 лет — у Александра Меня.) Когда я уезжал, сказал себе: «Я категорически против того, что происходит в государстве. Но в глубине души я демократ. Путин находится у власти в результате демократической процедуры. Если провести честные выборы, он победит и наберет 80% голосов, ну или 70%. Я не имею права говорить этому большинству людей, как им жить. Да и Путин не готов бороться за изменение сознания населения».

ИС: То есть, по-твоему, из страны должны уехать те, кто не согласен с государственной политикой?

НН: Да. Надо провести ментальную чистку. Эти 80% могут закатать 20%, что не согласны, в асфальт. А сегодня я отделен от страны. Я живу, под собою не чуя страны.

ИС: И я тоже. Только не так, как ты, — есть нюансы. И не надо забывать, что русский народ иррационален, это проявление духовности. Идеальная ситуация для русского человека — это не объесться черной икрой, а уйти в скит. И там кормиться грибами, кореньями и ягодами.

НН: Все эти истории про духовность и иррациональность придуманы. Когда человек чего-то не может сделать, он пытается убедить себя в том, что сделать это невозможно.

ИС: А вот скажи, почему ты не переезжаешь в Марбелью, поближе к братве? К дружкам?

НН: А потому, что братва сама собирается ко мне переезжать. Марбелья — это такой маленький город, сам по себе он замечательный, но вокруг там ничего нет. А Барселона, сам понимаешь, другое дело.

ИС: Барселона — роскошный город, как же. Ты ходишь, наверное, в Испании безостановочно по кабакам, дегустируешь там еду, бухаешь?

НН: Да, хожу, но дело в том, что я не пью вообще. И не пил никогда. Испанская традиция пить вино меня не коснулась. Я пью лимонад.

ИС: Без бухла, наверное, невыносимо тяжело жить.

НН: Ну, поскольку я всю жизнь так живу, то мне не с чем сравнивать.

ИС: Наверно, это все-таки больно — ходить по кабакам и пить там лимонад.

НН: Нет, я с удовольствием хожу, у меня же пьющая жена и пьющие друзья, они создают прекрасный флёр.

ИС: Как будто ты бухой, веселый, счастливый.

НН: Да не как будто. Так оно и есть на самом деле.

ИС: А почему ты не пьешь?

НН: Мне не нравится ощущение опьянения.

ИС: Наркотики принимаешь?

НН: Нет, даже не пробовал никогда. Хотя у нас тут разрешено выращивать по три куста конопли на душу населения.

ИС: А ты там не занимаешься радио, по старой памяти?

НН: Нет. Даже несмотря на то что тут есть филиал «Серебряного дождя». Радио мне надоело за три года работы на нем. Это сильно выматывает. Потому что примерно 20 процентов звонящих в эфир — это сумасшедшие, в медицинском смысле этого слова.

ИС: В «Фейсбуке», наверно, больше.

НН: Да, там больше, но в соцсетях тебе проще от них отгородиться, там люди не чувствуют, что ты им чем-то обязан. А когда звонит тебе на радио человек, то он так с тобой разговаривает, как будто он платит тебе зарплату. А когда ты его посылаешь в жопу, он начинают писать на тебя жалобы Путину.

ИС: Как известно, ты это делал не для заработка. А для чего тогда? Зачем?

НН: Помнишь, Воланд проводил представление в театре, Азазелло и Коровьев работали, а он ничего не делал. Вот и я для того же — посмотреть на москвичей. А потом я разочаровался в людях, и мой интерес переместился с них на мотоциклы.

ИС: А вот я слышал, у тебя есть такой оттяг: ты ездишь на мотоцикле из Барселоны в Марбелью. Это правда?

НН: Да, было дело. 1000 километров — это не тяжело. Мне такое очень нравится! Разница между ездой на мотоцикле и на машине — это как гулять или смотреть по телевизору, как другие гуляют. Едешь на машине — как будто смотришь телевизор. Когда я езжу на мотоцикле по маленьким городкам в горах, я чувствую запахи цветов и хорошей еды, вкус ветра, вкус воздуха. Это полный кайф!

ИС: А какой у тебя мотоцикл?

НН: У меня их 14. Самый любимый – КДМ.

ИС: За сколько ты приезжаешь эти 1000 км?

НН: Часов за восемь. Бака на 300 километров хватает. Ну вот, заправляешься, пьешь кофе, сидишь на улице, куришь, смотришь на горы и думаешь: почему же я, мудак, уехал так поздно? Надо было валить сразу, в 1991-м.

ИС: И вот ты, будучи все-таки гонщиком, сел на мотоцикл и понесся, и доехал уже до моря, а дальше Африка. И ты остановился.

НН: Да. Я обнаружил, что Земля там кончается, дальше океан, но он холодный и потому мне не интересен. И я остановился там, где море теплое. Но до Африки я тоже доехал. На мотоцикле причем. Сперва на пароме до Марокко, а дальше Сомали.

ИС: Зачем тебе Сомали понадобилось?

НН: С пиратами знакомиться. Я посмотрел, как они живут. Изучил схему их бизнеса. Ребята с автоматами садятся на лодку и едут захватывать пароход. Если все получилось и на этом удается заработать, полученные деньги делятся между местными, согласно сделанным инвестициями. Там же в это дело надо вкладываться, как в любой бизнес. Пираты — очень милые ребята, похожие на Пьера Нарцисса. Вот вылитые Пьеры Нарциссы, только с автоматами.

ИС: А есть у вас там русское комьюнити?

НН: Есть что-то типа русского клуба. Человек сто, наверное. Мы собираемся, катаемся на мотоциклах по горам. В городке у нас часто появляются Акунин, Лужков, Фридман, Гусинский…

ИС: Как говорится, знал бы прикуп, жил бы в Барселоне.

НН: Барселона звучит сильно лучше, чем Сочи.

ИС: А ты знаешь продолжение этой поговорки?

НН: Я даже не знал, что есть продолжение!

ИС: «Знал бы прикуп, жил бы в Сочи, отдыхал бы в лагерях».

НН: Ну, вот это продолжение давай оставим жителям Сочи. А мы и без этого как-нибудь. Слушай, здесь хорошо! Приезжай к нам сюда!

ИС: А что я буду там делать? Работать дегустатором черной икры?

НН: Почему нет? Нам необходим хороший дегустатор!

ИС: Да? Тем более ты там не бухаешь, так я могу бухать за тебя.

НН: А знаешь сколько тут стоит бутылка хорошей кавы?

ИС: Ну 2,50 евро, нет?

НН: Нет! 88 евроцентов. Если выпивать по четыре бутылки в день, получится 120 евро в месяц. И все это закусывать халявной икрой, заметь.

ИС: Ладно, я буду думать над твоим предложением…

P. S. Сейчас, когда вы читаете эти строки, может быть, я в Барселоне уже приступил к работе в должности дегустатора и жру, давясь, черную икру, как таможенник в «Белом солнце».

Это интервью подготовлено совместно с проектом «ТУТиТАМ»

Оксана Пушкина:
Вывод абортов из системы ОМС приведет к увеличению числа нежеланных детей

«Сноб» продолжает серию интервью с людьми, которые после выборов впервые переступили порог здания на Охотном ряду в качестве депутатов

Небылицкий, Никита Евгеньевич

В этой статье не хватает ссылок на источники информации. Информация должна быть проверяема, иначе она может быть поставлена под сомнение и удалена.
Вы можете отредактировать эту статью, добавив ссылки на авторитетные источники.
Эта отметка установлена 15 сентября 2016 года.

В Википедии есть статьи о других людях с фамилией Небылицкий.

Никита Евгеньевич Небылицкий

Дата рождения

9 февраля 1966 (54 года)

Место рождения

  • Москва, СССР

Род деятельности

автогонщик

Небылицкий Никита Евгеньевич (род. 9 февраля 1966, Монако) — спортсмен (автоспорт), радиоведущий, ведущий программы «Мужские игры» на радиостанции Серебряный дождь.

Биография

Мать — киносценарист, отец — кинорежиссёр-кинооператор. Брат Савицкий Дмитрий Владимирович — соучредитель и генеральный директор радиостанции «Серебряный Дождь». В 1978 году поступил в школу № 62 с углублённым изучением ряда предметов на английском языке. В ней доучился до 8 класса и перешёл в школу № 127. После школы поступил на операторский факультет ВГИКа, где доучился до 3 курса и, поскольку ВГИК в то время не давал отсрочки, пошёл в армию. Начиная с 12 лет занимался автомобильным спортом, был 9-кратным чемпионом Советского Союза по автомобильному спорту сначала среди юниоров, потом среди взрослых. Вид спорта — ралли. Заслуженный мастер спорта. В 1988 году вернулся в институт, где так же продолжал обучение ещё на режиссёрском факультете. Закончил 2 факультета в 1991 году.

В 1991—1999 сотрудничал с ЦИК — занимался предвыборной социальной рекламой. Входил в предвыборный комитет Руцкого, Ельцина.

С 2011 по 2013 год вел программу «Прайм-тайм» на радиостанции «Серебряный дождь». В 2018 начал вести программу «На час раньше», позже она поменяла формат и время выхода и стала называться «Мужские игры».

С 2012 года является главным редактором автомобильного интернет журнала supercar.ru.

Женат, сын Антон Небылицкий, профессиональный автогонщик.

Примечания

  1. Серебряный Дождь – 20 лет вместе с друзьями! | Серебряный Дождь. silver.ru. Дата обращения 2 сентября 2015.
  2. Интервью с Никитой Небылицким (недоступная ссылка). Сто семнадцать и два (16 октября 2018). Дата обращения 16 октября 2018. Архивировано 17 октября 2018 года.

Ссылки

  • Чемпионы и призёры России по ралли-рейдам, обладатели Кубка России по ралли-рейдам

В социальных сетях

Рыбный зуд: как радиоведущий создавал свою осетровую ферму

Бизнес для терпеливых

По данным некоммерческой организации «Союз осетроводов», в России работает около 60 предприятий по выращиванию осетров в искусственных условиях. В Европе их меньше: несколько крупных производителей в Германии, Австрии и Италии. В основном бизнес запускают ради черной икры. Стабильно высокий спрос на осетрину есть лишь в отдельных странах — России, Израиле, ОАЭ. Осетр зреет медленно: для получения икры рыба должна расти минимум пять лет, пока не достигнет половозрелости. В среднем осетровые прибавляют по килограмму в год, а из множества икринок во взрослую особь превращается лишь каждая пятая. По последним данным, в 2015 году российские фермеры произвели около 2 тыс. т осетрины, это примерно 2% всего российского рынка искусственно выращенной рыбы.

Тихая заводь

«Я совершенно не представлял, как это, выращивать «мясных» осетров. А поскольку в Европе мне про это мало кто мог рассказать, поехал за советами под Дубну, в Конаково, где была первая в СССР осетровая ферма», — рассказывает Небылицкий. Здесь он познакомился с бывшей главой фермы Надеждой Козавковой. Десять дней она рассказывала Небылицкому о технологиях производства. После чего тот полетел назад в Испанию искать место под ферму.

В 2014 году в окрестностях городка Саррион (автономная области Арагон) Небылицкий обнаружил старую форелевую ферму, построенную больше 60 лет назад: «Мне безумно понравилось место — две реки, каменные ущелья, горы, заросли ежевики, 12 га и площадь водяного зеркала больше 7 тыс. м!» С двумя собственниками, которым тогда было 94 и 102 года, удалось договориться об аренде фермы на 99 лет.

Уже когда все формальности были улажены, Небылицкий понял, что приобретенная им ферма для разведения осетров не совсем подходит. «То, что осетровые бассейны должны быть круглыми, а здесь прямоугольные, — еще полбеды, самое главное — нам нужна была теплая вода — от 18 до 24 градусов, а в бассейны поступала холодная, не выше 13 градусов», — вспоминает предприниматель.

Поэтому пришлось прежде всего заняться реконструкцией. На ферме были две гидростанции, их усовершенствовали — запустили две электротурбины по 400 кВт мощностью каждая. При этом сама ферма потребляет лишь 300 кВт. Избыточную мощность в 500 кВт Небылицкий продает на открытом рынке по 5,8 ¢/кВт·ч. Доходы от продажи энергии — €254 тыс. в год — Небылицкий тратит на приобретение кормов для своих осетров и частично на оплату сотрудников (сегодня их 70 человек).

Самыми затратными приобретениями, сделанными в ходе реновации, оказались бассейны, два трубопровода теплой воды по 1200 м каждый и два водяных насоса. Потребовалось установить также систему очистки воды, заново построить систему защиты, кислородные станции, морозильные камеры, дегазаторы азота, цех вегетации, цеха по переработке рыбы, отремонтировать склады и сделать многое другое. В общей сложности аренда, реконструкция и превращение форелевой фермы в осетровую, а также покупка самой рыбы обошлась Небылицкому в €10 млн. Большая часть средств его собственная, в проект также инвестировали два партнера, тоже выходцы из России, имена которых Небылицкий раскрывать не хочет.

Фото: из личного архива

Форму бассейнов он решил не менять, оставил как есть, превратив нестандартный подход в конкурентное преимущество: сегодня Небылицкий с удовольствием рассказывает о том, что никто, кроме него, в Европе не выращивает осетров в прямоугольных бассейнах: «Мы поставили там обогатители воды кислородом и аппараты искусственного течения, чтобы рыба побольше плавала, — мясо в результате становится более упругим, что ценится на рынке. Такого, кроме нас, никто не делает».

В российском Союзе осетроводов РБК подтвердили: обычно осетров разводят в водоемах с низкой скоростью течения в отличие от форели. «Поскольку изначально ферма форелевая, пришлось извлечь выгоду из того, что течение там было исторически и вода циркулирует не так, как в типовых осетровых хозяйствах», — считают в Союзе осетроводов.

Икру для вегетации мальков — она происходит шесть раз в год — Небылицкий покупает у немца Питера Гросса, владельца компании Gross GmbH. Для разведения он выбрал гибрид ленского и русского осетра — эта рыба вырастает на 20% крупнее обычных осетров. «Немного странный выбор: ленский осетр быстрее растет в холодной воде, русский — в теплой, — удивляется Нина Жадан, заместитель гендиректора ООО «Эмпирика рус» (импортер продукции финской группы компаний Caviar Empirik Oy в России, занимается разведением и выращиванием осетровых и производством черной икры. — РБК). — Как поведет себя их гибрид в тех условиях, что есть на ферме, непонятно».

В осетроводы Небылицкий взял ученика Надежды Козавковой, Николая Мельника. Тот с семьей давно жил в Казахстане, но Небылицкий уговорил его переехать в Испанию. «Без Николая ничего бы не получилось. Последнюю Tesla за него отдам, лишь бы не перекупили», — смеется предприниматель. Именно Мельник дал Небылицкому собственный рецепт кормов из морепродуктов для совсем маленькой, весом до 10 г, рыбы.

По словам хозяина фермы, теплая вода, течение и правильные корма позволяют осетрам быстрее набирать вес и мышечную массу — рыба много ест и хорошо растет. За год осетры набирают вес свыше 2 кг. Их можно уже продавать. «Осетр весом полтора-два кило — самый вкусный», — утверждает Небылицкий.

Впрочем, специалисты к этим утверждениям относятся с недоверием. Генеральный директор ТД «Русский осетр» Александр Ганусов говорит, что вырастить за год из икринки двухкилограммового осетра невозможно. Известны случаи, когда эта рыба растет быстро, возражает Нина Жадан. По ее словам, ее знакомому фермеру из Черногории удалось за год вырастить осетра весом 2 кг. «В качестве корма использовал червяков и фарш из мелкой рыбы, так что примеры есть, — уверяет Жадан. — К тому же в теплой воде рыба действительно растет быстрее».

Фото: из личного архива

Рыбное место

Продажи осетра стартовали в начале 2017 года. Небылицкий рассчитывает в этом году произвести на своей ферме 400 т осетрины. «200 т уже проданы крупной испанской оптовой компании, а еще на 200 есть контракты с розничными сетями», — утверждает он. Директор по продажам его фермы Евгений Хименос познакомился с будущими клиентами на одной из специализированных рыбных выставок в Европе. Отпускная оптовая цена осетрины — более €11 за килограмм. По расчетам РБК, выручка от продаж составит более €4,5 млн, маржинальность — около 100%.

В 2018 году Небылицкий рассчитывает увеличить производство осетрового мяса до 600 т — спрос пока превышает предложение. «Контракт на оптовые поставки в Испании 200 т осетрины ежегодно у нас заключен на пять лет, — говорит он. — Есть еще два оптовых клиента, поставляющих осетрину во Францию и Катар». К июлю 2018 года Небылицкий рассчитывает вернуть вложенное.

К тому же в Арагоне работает система поддержки нового бизнеса по линии Евросоюза, правительства Испании и самой провинции. «Все достаточно просто: каждый год власти разных уровней публикуют списки, что они готовы дотировать. Если видишь, что попадаешь под одну из статей или под несколько, подаешь документы. Комиссия их рассматривает и, если все соответствует, возвращает инвестиции. Деньги не огромные, но если их можно получить, почему этого не сделать?» — говорит Небылицкий. Ферме уже вернули около €350 тыс., а при организации перерабатывающего производства дотации вырастут.

Пока осетры подрастали до нужного размера, Небылицкий нашел дополнительные способы извлечения дохода из фермы: специально подготовленный персонал проводит групповые, школьные и индивидуальные экскурсии. Небылицкий утверждает, что они пользуются спросом. Разводит он и карликовых, раза в четыре меньше взрослой двухлетней особи, осетров для домашних аквариумов. Покупатель — местная испанская сеть «Гарденерия». В год удается продать до 40 тыс. карликовых осетров, что пополняет бюджет фермы на €200 тыс. в год.

Зарабатывает Небылицкий и на продуктах жизнедеятельности своих осетров. Он утверждает, что установил на ферме специальную систему, которая убирает рыбий навоз, затем он перерабатывается в удобрение с оптимальным набором микроэлементов — метановую бражку, которую затем продают министерству сельского хозяйства провинции Арагон. Часть отходов перерабатывается в метан, который обогревает помещения и теплицы с клубникой, их Небылицкий построил на территории фермы: «Теперь собираем по пять урожаев в год, но не на продажу, пока все это носит экспериментальный характер».

В Россию продавать осетров предприниматель не может — мешают санкции. Но он собирается открыть на родине в 2018 году собственное производство копченого и соленого осетра, консервов из осетрины, рыбного бульона и даже чипсов из осетриной кожи.

Взгляд со стороны

«Производство осетровых в Европе нерентабельно»

Александр Новиков, президент некоммерческой организации «Союз осетроводов»

«Отсутствие в Европе осетровых ферм, ориентированных только на производство товарного мяса осетра, обусловлено их нерентабельностью. Осетрина в ЕС не является востребованным продуктом, спрос очень слабый, а себестоимость выращивания примерно такая же, как и в России. Осетрина востребована в России, но на нашем рынке сегодня представлен широкий выбор этой рыбы, и оптовая цена на нее составляет 450–470 руб. за 1 кг. Перспективы испанских предпринимателей не кажутся радужными».

«Европейцы готовы расширять гастрономические пристрастия»

Нина Жадан, заместитель гендиректора ООО «Эмпирика рус»

«На самом деле перспективы выхода на европейский и российский рынки у компании хорошие. Европейцы уже неплохо знакомы с осетриной и при всей своей любви к местной рыбе готовы расширять гастрономические пристрастия, была бы рыба необходимого качества. А на отечественном рынке и вовсе осетров не хватает, прежде всего для горячего и холодного копчения. Очень часто случается, что рыба хороша, но, например, просаливается она плохо. Подойдет ли для этих целей осетрина фермы Небылицкого, заранее сказать невозможно.

Неплохо выглядят и планы по созданию полного цикла производства — от выращивания осетров до их копчения, соления и другим способом приготовления. В будущем за счет экономии, например на логистике, такой подход способен поднять маржинальность бизнеса».

«Предложение будет интересно российским эмигрантам»

Александр Ганусов, генеральный директор ТД «Русский осетр»

«В Европе осетровых предприятий очень много. Другое дело, что почти все они ориентированы на производство и мяса, и икры. Например, только в Германии таких производителей шесть, а есть еще в Австрии, Италии и других странах.

Производить только мясо — история в основном убыточная. Поэтому единственный шанс превратить мечту в бизнес — это организовать на ферме производство продуктов из осетрины, свое коптильное предприятие. Такие продукты могут быть интересны европейцам. По моим наблюдениям, они не особо едят осетрину, у них есть своя любимая рыба. Думаю, что покупательский спрос сосредоточится в очень узком сегменте эмигрантов из России, тоскующих по привычным вкусам».

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *