Договор заключенный под условием

  • автор:

Т.Л. Курас

доцент кафедры судебного права Юридического института ИГУ,

канд. ист. наук, доцент

М.М. Тимофеева

студентка 5 курса Юридического института ИГУ,

юрисконсульт ООО «Правовое партнерство «ЮТА-Бизнес»

ОБЗОР

практики арбитражных судов и судов общей юрисдикции

по разрешению споров, возникающих из сделок, совершенных под условием

Многие институты гражданского права прошли апробацию временем и подтвердили объективную необходимость своего существования, в результате чего приобрели статус универсальных институтов независимо от сложившихся на данном этапе развития общества экономических форм хозяйственного оборота. В качестве примера такого универсального правового института можно назвать институт сделок, в том числе и совершаемых под условием. Они специально предназначены для того, чтобы устранять негативные последствия, связанные с наступлением или ненаступлением того или иного обстоятельства. Гибкая конструкция условных сделок позволяет снижать риски, а также стимулировать контрагентов к добросовестному исполнению обязательств.

Отсутствие единообразия в понимании основных положений института условных сделок, на наш взгляд, может быть объяснено, с одной стороны, обманчивой простотой норм гражданского законодательства об условных сделках, а с другой стороны, недооценкой участниками гражданского оборота тех возможностей и того потенциала, который заключает в себе институт условных сделок.

Регулированию института условных сделок посвящена лишь одна 157 статья Гражданского кодекса Российской Федерации (далее — ГК РФ, Гражданский кодекс РФ), в которой дается определение условных сделок и указываются последствия недобросовестного воспрепятствования либо содействия наступлению какого-либо обстоятельства одной из сторон сделки. Современная практика российских судов не компенсирует недостаточность законодательного регулирования условных сделок. Лаконичность нормативных предписаний, противоречивость и неоднозначность судебной практики порождают состояние неопределенности в правовом регулировании института условных сделок. При такой неопределенности, а также при консерватизме российских судов и ограничительном понимании ими принципа свободы договора для участников гражданского оборота существует высокий риск того, что заключенная ими условная сделка будет признана недействительной или результаты судебного толкования ее содержания не будут соответствовать общей воле сторон, включивших условие в сделку.

При разрешении судами споров, возникающих из сделок, совершенных под условием, в первую очередь возникают проблемы квалификации отдельных положений договоров в качестве условий, а, следовательно, и квалификации всей сделки в качестве условной. Условие является определяющим элементом состава условной сделки, а его назначение заключается в том, что оно изменяет нормальные (обычные) для состава данного вида сделок последствия.

Верным представляется утверждение Федерального арбитражного суда Волго-Вятского округа, по мнению которого, «из смысла п. 2 ст. 157 ГК РФ следует, что особенность условной сделки состоит в том, что отменительное условие является ее дополнительным элементом и по общему правилу сделки совершаются без включения в них таких условий». Данное утверждение справедливо и по отношению к отлагательным условиям.

Не существует прямых законодательных требований относительно включения условий в условные сделки. Но ограничения необходимы, часть из них существовала ещё во времена Древнего Рима, другая часть выработана правоприменительной практикой.

Так, Арбитражный суд Иркутской области в решении от 15.02.2012 по делу N А19-1165/2012 указал следующее: «Согласно пункту 1 статьи 157 ГК РФ сделка считается совершенной под отлагательным условием, если стороны поставили возникновение прав и обязанностей в зависимость от обстоятельства, относительно которого неизвестно, наступит оно или не наступит. При этом отлагательное условие, для признания его таковым, должно отвечать следующим критериям:

— не должно являться неизбежным;

— не должно зависеть от воли сторон или одной из сторон;

— должно произойти в будущем.

Только из совокупности указанных признаков следует, что сделка заключена с отлагательным условием» .

Аналогичная правовая позиция относительно признаков отлагательного условия в значении, придаваемом статьей 157 ГК РФ, изложена в решении Арбитражного суда Иркутской области от 16.03.2011 по делу N А19-957/2011. Вышеназванные решения были оставлены без изменения судами апелляционной и кассационной инстанции.

Не все из упомянутых требований к условию условной сделки являются бесспорными. Согласно классической европейской традиции по степени зависимости от совершителя (совершителей) сделки все условия разделяются на потестативные и случайные. Различают два вида потестативных условий: чисто потестативные и просто потестативные. Если наступление первых обусловлено исключительно или преимущественно волей сторон сделки, то наступление вторых, хотя и может быть обусловлено волей стороны, но в равной или большей степени зависит от действий третьих лиц или какого-либо события. На доктринальном уровне преобладает убеждение, что включение просто потестативных условий в условные сделки возможно. Судебная практика в настоящее время противоречива. В одних случаях суды склонны признавать сделки, содержащие потестативные условия, недействительными полностью или в части указанных условий, и, как следствие, отказывать в исковой защите требований, возникающих на основе подобных сделок; в других — вовсе не считаться с ранее выраженным волеизъявлением сторон на включение условия в сделку и разрешать конкретный спор исходя из собственной квалификации природы возникших правоотношений, фактически игнорируя условие как элемент сделки, совершенной под условием.

Так, в Постановлении от 15.11.2010 по делу N А33-4493/2010 Третий арбитражный апелляционный суд указал, что «согласно п. 2 ст. 157 ГК РФ сделка считается совершенной под отменительным условием, если стороны поставили прекращение прав и обязанностей в зависимость от обстоятельства, относительно которого неизвестно, наступит оно или не наступит. Следовательно, по мнению суда, отменительным условием должно быть обстоятельство, не зависящее от воли сторон договора. Поставка либо непоставка в срок товара, предусмотренного договором, зависит от воли поставщика и, значит, не может быть признана отменительным условием». В данном случае судом не были применены нормы об условных сделках, непоставка товара была квалифицирована как существенное нарушение обязательства, а не как отменительное условие договора поставки.

Приведем другой пример. Федеральный арбитражный суд Северо-Кавказского округа отказал в удовлетворении требования, основанного на п. 2 ст. 157 ГК РФ о признании части сделки недействительной, а при разрешении спора не квалифицировал сделку как заключенную под условием: «Согласно пункту 1 статьи 157 Кодекса сделка считается совершенной под отлагательным условием, если стороны поставили возникновение прав и обязанностей в зависимость от обстоятельства, относительно которого неизвестно, наступит оно или нет. Таким образом, отлагательное условие должно быть связано с обстоятельством, не зависящим от воли сторон. Между тем оплата доли по договору от 13.11.2007 N 9 поставлена в зависимость от оформления покупателями долей правоустанавливающих документов на объекты недвижимости и земельный участок. Суды пришли к выводу, что условие пункта 2.2 договора нельзя считать отлагательным. В данном случае статья 157 Кодекса не применима к спорным правоотношениям. Следовательно, к возникшим между сторонами отношениям применению подлежат положения статей 314 и 485 Кодекса».

Ограничительного толкования условия придерживался также Федеральный арбитражный суд Восточно-Сибирского округа: «Удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции исходил из того, что сторонами не согласованы существенные условия, необходимые для такого вида договоров: не определен срок передачи застройщиком объекта долевого строительства участнику долевого строительства. Кроме того, сторонами не согласован срок заключения основного договора в силу ничтожности пункта 3.1 договора в соответствии со статьей 157 Гражданского кодекса Российской Федерации, так как стороны поставили заключение основного договора в зависимость от действий истца по получению им разрешения на строительство жилого дома, а также не определена цена основного договора и порядок ее уплаты».

Иногда, но значительно реже, в практике арбитражных судов можно встретить совершенно иной подход к допустимости включения потестативных условий в условные сделки. Хотелось бы обратить внимание на тот факт, что Федеральный арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в настоящее время изменил указанную ранее позицию. Поддерживая суды нижестоящей инстанции, в Постановлении от 29.11.2010 по делу N А10-140/2010 суд отметил следующее: «Правомерным является вывод судов о том, что из содержания статьи 157 Гражданского кодекса Российской Федерации не усматривается, что отменительным условием может быть только обстоятельство, не зависящее от воли сторон. <…> Довод заявителя кассационной жалобы о том, что пункт 2 статьи 157 Гражданского кодекса Российской Федерации может быть применен исключительно в случаях, когда наступление обстоятельства не зависит от воли сторон, основан на неправильном толковании норм права».

В практике арбитражных судов можно проследить преобладание ограничительного толкования условий в условных сделках. Но в то же время, хотелось бы обратить внимание на принципиально новую правовую позицию Высшего Арбитражного Суда РФ, изложенную в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного суда РФ от 12.07.2012 N 42 «О некоторых вопросах разрешения споров, связанных с поручительством»: «Судам необходимо учитывать, что договор поручительства может быть заключен под условием (статья 157 ГК РФ). К отлагательным условиям, обуславливающим вступление договора поручительства в силу (пункт 1 статьи 157 ГК РФ), могут быть отнесены такие обстоятельства, как заключение кредитором с должником или третьими лицами иных обеспечительных сделок (например, договора ипотеки), изменение состава участников или органов управления общества-поручителя или должника и т.п. В качестве отменительного условия (пункт 2 статьи 157 ГК РФ) в договоре поручительства может быть указано, в частности, прекращение либо признание недействительными или незаключенными других обеспечительных сделок, заключенных кредитором и должником».

Учитывая изложенное, можно сделать вывод о том, что арбитражные суды от первой до высшей инстанции все чаще прибегают к расширительному толкованию условий условных сделок, считая допустимым установление зависимости правовых последствий сделок от обстоятельств, зависящих от воли стороны (сторон).

Практика судов общей юрисдикции на фоне арбитражных судов выглядит весьма противоречивой и непоследовательной. Анализ применения норм об условных сделках судами общей юрисдикции не позволяет выявить приоритет ограничительного или расширительного толкования условия. Зачастую по делам с похожими исходными данными разные суды делают совершенно противоположные выводы.

Приведем несколько ярких примеров. Граждане Ф. и К., заключая предварительный договор купли-продажи, включили в него условие, согласно которому в случае прекращения трудового договора с ООО «Династия» К. обязалась продать Ф. свою долю в квартире. Хабаровский краевой суд квалифицировал данное условие, как противоречащее трудовому законодательству и пришел к выводу о правомерности признания судом нижестоящей инстанции предварительного договора, заключенного между истцом и ответчиком ничтожной сделкой. «Оценив представленные в материалы дела доказательства в соответствии с требованиями ст. 67 ГПК РФ, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что заключенный между Ф. и К. предварительный договор ставит возникновение гражданских прав и обязанностей в зависимость от обстоятельств, зависящих от воли сторон. В данном случае возникновение прав и обязанностей поставлено в зависимость от реализации работником или работодателем по своему усмотрению прав в сфере трудовых отношений. <…>Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд правомерно указал на то, что предварительный договор купли-продажи ограничивает право К. на свободный труд».

В другом споре Верховный суд Республики Татарстан признал соответствующим закону и заключенным договор дарения, заключенный под отлагательным условием — исполнение работником принятых в соответствии с трудовым договором трудовых обязанностей в течение четырех лет: «Доля в размере 1/2 в праве общей собственности на квартиру предоставляется безвозмездно на основании договора дарения с отлагательным условием согласно статье 157 Гражданского кодекса Российской Федерации. Отлагательным условием понимается исполнение работником принятых в соответствии с настоящим трудовым договором трудовых обязанностей в течение четырех лет. С момента наступления данного отлагательного условия договор дарения будет совершенным и право собственности на долю в размере 1/2 в праве общей собственности на квартиру перейдет от работодателя к работнику с момента соответствующей государственной регистрации, в соответствии с законодательством Российской Федерации. В случае расторжения настоящего трудового договора по соглашению сторон, либо по инициативе работодателя ранее срока, предусмотренного п. 8.3 настоящего трудового договора, работодатель обязан выплатить работнику единовременную компенсацию. <…> Пункт 8.3 трудового договора предусматривает лишь оформление договора дарения с отлагательным условием согласно статье 157 Гражданского кодекса Российской Федерации. Договор дарения квартиры заключен». В процессе рассмотрения апелляционной жалобы суд пришел к выводу о том, что исковые требования о государственной регистрации договора дарения удовлетворены правомерно, поскольку обязанность передать дар возникла у ответчика в связи с наступлением отлагательного условия договора дарения, а доказательств притворности сделки не имеется.

Также существуют противоречащие судебные решения применительно к условным договорам займа. Так, Ростовский областной суд, признав условие о возврате суммы займа после продажи квартиры недопустимым, все же признал договор займа заключенным: «Как видно из представленной расписки, условие о возврате суммы займа было поставлено в зависимость от волеизъявления одной из сторон — ответчика Т., обязавшегося вернуть сумму займа после продажи своего дома, что является недопустимым условием, противоречащим ст. 157ГК РФ. Таким образом, суд первой инстанции обоснованно применил к заключенному сторонами договору общие положения о займе».

Верховный суд Республики Марий Эл воспринял условие, полностью зависящее от заемщика, в качестве допустимого: «Как установлено судом, пунктом 7.2.1 договора займа N … от 00.00.00 предусмотрено, что настоящий договор прекращается при возврате заемщиком займодавцу суммы, указанной в пункте 1.1 полностью. Применительно к правилам части 1 статьи 407 Гражданского кодекса Российской Федерации, судом правильно сделан вывод о том, что договор займа заключен сторонами под отменительным условием, заключающимся в том, что при уплате З. суммы займа (400000 рублей — п. 1.1 договора), обязательства сторон по настоящему договору прекращаются полностью. В свою очередь прекращение обязательства, согласно общему юридическому толкованию, есть отпадение правовой связанности его субъектов, утрачивающих вследствие этого субъективные права и обязанности, составляющие содержание обязательства».

Помимо проблемы потестативного условия при квалификации правоотношений суды сталкиваются со сложностями соотношения условия и срока. Согласно ст. 190 ГК РФ о сроках в гражданском праве срок в договоре может быть установлен календарной датой или истечением периода времени, исчисляемого годами, месяцами, неделями, днями или часами, а также указанием на событие, которое неизбежно должно наступить. Для определенных видов обязательств законодательно установлено существенное значение срока, к примеру, в договоре подряда. Во всех остальных сделках срок имеет акцидентальное значение.

Необходимо разделять срок исполнения обязательства и условие в условной сделке. Их различие проявляется в нескольких аспектах. Во-первых, в неизбежности возникновения соответствующего правового эффекта, а во-вторых, в том, что когда в обязательстве установлен срок, то до его наступления обязательство все же существует, оно непременно будет исполнено при наступлении срока. В то же время в период до наступления отлагательного условия считается, что обязательства являются условными и в чистом виде пока не существующими, в таком случае можно говорить только о возможности возникновения обязательств в будущем. Что касается отличия срока исполнения от отменительного условия, то в этом случае разница состоит лишь в неизбежности прекращения правоотношений: при сроке исполнения правоотношения точно прекратятся и даже известно когда, а при отменительном условии факт и момент прекращения правоотношений в момент совершения сделки неизвестны.

«По смыслу ст. 190, 157 ГК РФ, срок — это определенный промежуток времени до известного момента или события, которое неизбежно должно наступить. Условие — это обстоятельство, которое может и не наступить. Заключая условную сделку, стороны могут установить срок, в течение которого условие имеет силу. Истечение срока означает, что условие не наступило».

Нормы, содержащиеся в ст. 190 ГК РФ, на первый взгляд, выглядят как императивно предписывающие исчерпывающий перечень вариантов установления сроков. Из-за порожденной в результате подобных рассуждений идеи жесткого разделения сроков и условий, а также из-за ограничительного толкования ст. 190 ГК РФ на практике возникают проблемы.

Основной вопрос состоит в том, может ли условие заменить срок, а срок быть выражен путем указания на отлагательное или отменительное условие. Эта проблема имеет и одно частное, но крайне актуальное проявление применительно к вопросу о том, может ли срок осуществления одной из сторон встречного обязательства устанавливаться как период времени, начинающийся при условии и с момента осуществления другой стороной предшествующего исполнения.

Обозначенная проблема может быть проиллюстрирована позицией Высшего Арбитражного Суда РФ в информационном письме Президиума ВАС РФ от 20 января 1998 г. № 28 «Обзор практики разрешения споров, связанных с применением арбитражными судами норм Гражданского кодекса Российской Федерации о поручительстве» (п. 2). Исходя из того, что условие и срок — это разные вещи, ВАС РФ решил: одно не может быть выражено посредством другого. Другой яркий пример — п. 4 информационного письма Президиума ВАС РФ от 11 января 2002 г. № 66 «Обзор практики разрешения споров, связанных с арендой». В данном случае речь шла о договоре аренды, в котором срок окончания аренды был увязан с моментом начала реконструкции арендованного здания. ВАС РФ не признал такой способ установления срока законным, сославшись на ст. 190 ГК РФ, и посчитал договор заключенным на неопределенный срок.

По сути, и в этот раз Высший Арбитражный Суд РФ столкнулся с отменительным условием, наступление которого прекращало обязательства сторон, но не признал такой механизм заменой срока аренды.

В соответствии с абз. 2 ст. 190 ГК РФ срок может определяться указанием на событие, которое должно неизбежно наступить, то есть законом не предусмотрено определение срока путем указания на обстоятельство, не обладающее признаком неизбежности. Несмотря на то, что выводы судов о признании недействительными указанных условий являются соответствующими закону, тем не менее, такой подход, по сути, ограничивает интересы участников гражданского оборота.

Полагаем, что в договорных отношениях возможно «переплетение» условия и срока. Условие не заменяет срок, момент начала течения срока может быть выражен путем указания на отлагательное, а окончание срока — на отменительное условие. По нашему мнению, нет никаких правовых оснований игнорировать волю сторон договора, недвусмысленно выразивших свое желание оформить сроки действия договора наступлением или ненаступлением определенного обстоятельства, относительно которого невозможно заранее определить, наступит оно или не наступит. А значит, нет оснований такие положения договора признавать недопустимыми.

Нами приведены лишь некоторые спорные вопросы квалификации судами правоотношений при разрешении споров, возникающих из условных сделок. Очевидно, что судам не удается выработать четких и однозначных правовых позиций по отношению ко многим вопросам, связанным с условными сделками.

Отсутствие как в науке гражданского права, так и в правоприменительной практике четкого понимания условных сделок послужило причиной их отождествления с некоторыми схожими правовыми категориями, либо вовсе признания условных сделок недействительными. Нормы Гражданского кодекса РФ об условных сделках требуют реформирования. Первым этапом в данном процессе непременно должна стать конструктивная научная дискуссия, доктринальное оформление результатов которой может быть положено в основу реформы. Основные положения предлагаемых теоретиками и практиками изменений для начала необходимо закрепить на уровне рекомендаций высших судов, проверить их эффективность на практике, систематизировать и обобщить накопленный эмпирический материал, а затем уже вносить в системообразующий законодательный акт — Гражданский кодекс РФ.

Постановление ФАС Волго-Вятского округа от 27 мая 2010 по делу N А43-39574/2009// КонсультантПлюс : справочная правовая система.

Решение Арбитражного суда Иркутской области от 15 февраля 2012 года по делу N А19-1165/2012 // КонсультантПлюс : справочная правовая система.

Решение Арбитражного суда Иркутской области от 16 марта 2011 по делу N А19-957/20 // КонсультантПлюс : справочная правовая система.

Постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 17 июня 2011 года по делу N А19-957/2011; Постановление ФАС Восточно-Сибирского округа от 27 сентября 2011 года по делу N А19-957/2011; Постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 21 мая 2012 года по делу N А19-1165/2012; Постановление ФАС Восточно-Сибирского округа от 22 августа 2012 года по делу N А19-1165/2012// КонсультантПлюс : справочная правовая система.

Постановление ФАС Северо-Кавказского округа от 08 декабря 2011 по делу N А32-33325/2010// КонсультантПлюс : справочная правовая система.

Постановление ФАС Восточно-Сибирского округа от 29 ноября 2010 по делу N А10-140/2010// КонсультантПлюс : справочная правовая система.

О некоторых вопросах разрешения споров, связанных с поручительством: постановление Пленума Высшего Арбитражного суда РФ №42 от 12 июля 2012// Экономика и жизнь. N 34.

Апелляционное определение Хабаровского краевого суда от 06 июля 2012 по делу N 33-4386/2012 // КонсультантПлюс : справочная правовая система.

Апелляционное определение Верховного суда Республики Татарстан от 31 мая 2012 по делу N 33-4927 // КонсультантПлюс : справочная правовая система.

Апелляционное определение Ростовского областного суда от 23 июля 2012 по делу N 33-8410/12 // КонсультантПлюс : справочная правовая система.

Апелляционное определение Верховного суда Республики Марий Эл от 29 мая 2012 по делу N 33-843 // КонсультантПлюс : справочная правовая система.

Апелляционное определение Ростовского областного суда от 23 июля 2012 по делу N 33-8410/12843 // КонсультантПлюс : справочная правовая система.

Обзор практики разрешения споров, связанных с применением арбитражными судами норм Гражданского кодекса Российской Федерации о поручительстве: информационное письмо Президиума ВАС РФ от 20 янв.1998 г. № 28 // Вестник ВАС РФ.1998. № 3.

Обзор практики разрешения споров, связанных с арендой: информационное письмо Президиума ВАС РФ от 11 янв. 2002 г. № 66 // Вестник ВАС РФ. 2002. №3.

На сегодняшний день ответ судов на вопрос, можно ли в предварительном договоре прописать условие о том, что основной договор будет заключен, если одна из сторон совершит какие-либо действия, является неоднозначным.

Наглядным примером разброса позиций является дело № А56-49422/2013, в котором стороны заключили предварительный договор, предусматривавший обязанность сторон заключить договор аренды в течение 30 дней с момента оформления арендодателем права собственности на объект, помещение в котором должно было быть предметом договора аренды.

Договор предусматривал обязанность арендатора перечислить арендодателю гарантийный платеж в сумме около 2 млн руб. Стороны договорились, что после того, как арендодатель приобретет право собственности, он должен будет направить арендатору подписанный основной договор. Если он этого не сделает в течение 30 дней, то ему придется вернуть гарантийный платеж арендатору, а также уплатить штраф. Если же в течение 30 дней после получения основного договора арендатор не подпишет его, гарантийный платеж остается у арендодателя, а предварительный договор будет считаться расторгнутым.

В мае 2013 г. арендодатель зарегистрировал право собственности на объект. А вот письмо с подписанным договором аренды направил арендатору только в июле 2013 г. Посчитав, что основной договор на подписание направлен не был, арендодатор потребовал от арендодателя вернуть гарантийный платеж, уплатить штраф, а также компенсировать расходы на ремонт помещения.

Суды разных инстанций принимали различные решения, и дело прошло не один круг рассмотрения. Основных подходов к разрешению этого спора было два.

Первый подход: срок, в течение которого стороны обязались заключить основной договор, определен сторонами в предварительном договоре с нарушением правил ст. 190 ГК РФ, поскольку событие, с которым стороны связали срок исполнения обязательства, не отвечает признакам неизбежности. А это значит, что срок, в течение которого стороны обязались заключить основной договор, ими не определен, поэтому следует применять абз. 2 п. 4 ст. 429 ГК РФ, в результате чего основной договор подлежал бы заключению в течение года с момента заключения предварительного договора, то есть не позднее сентября 2013 г. Следовательно, основной договор не был заключен по вине арендатора, который получил его до истечения годового срока, но не подписал.

Второй подход: поскольку на момент заключения предварительного договора сторонам было неизвестно, наступит ли обстоятельство, с которым связывается начало течения срока для направления арендатору основного договора (регистрация права собственности на объект), в соответствии с п. 2 ст. 157 ГК РФ сделка считается совершенной под отменительным условием. Из этого следует, что это арендодатель не успел направить основной договор на подписание арендатору и предварительный договор был расторгнут по его вине.

Как указала кассация, повторно рассматривая спор, следует различать предварительный договор, устанавливающий обязанность совершить сделку в согласованный сторонами срок (при его отсутствии в соответствии с правилами абз. 2 п. 4 ст. 429 ГК РФ), и договор, совершенный под условием (условная сделка), когда наступление правовых последствий зависит от обстоятельства, относительно которого неизвестно, наступит оно или нет (постановление АС Северо-Западного округа от 29.01.2015 № Ф07-1027/2014 по делу № А56-49422/2013).

В итоге в передаче дела на рассмотрение Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ было отказано, судья, рассматривавшая вопрос о передаче, поддержала первый подход (Определение Верховного суда РФ от 26.06.2015 № 307-ЭС15-4456 по делу № А56-49422/2013).

Иными словами, рассматривая спор, суды не могли прийти к единому мнению относительно того, является соглашение сторон, достигнутое в предварительном договоре, условием или же сроком заключения основного договора.

Между тем практически одновременно с итоговым решением по приведенному выше делу Пленум ВС РФ в п. 52 постановления от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» прямо указал, что по смыслу п. 3 ст. 157 ГК РФ не запрещено заключение сделки под отменительным или отлагательным условием, наступление которого зависит в том числе и от поведения стороны сделки. В качестве примеров таких соглашений он привел:

  • заключение договора поставки под отлагательным условием о предоставлении банковской гарантии, обеспечивающей исполнение обязательств покупателя по оплате товара;

  • заключение договора аренды вновь построенного здания под отлагательным условием о регистрации на него права собственности арендодателя.

Из приведенных Пленумом ВС РФ примеров можно заключить, что момент регистрации арендодателем своего права собственности на имущество, представляющее предмет будущего договора аренды, следовало отнести все же не к сроку, а к отлагательному условию заключения основного договора.

В дальнейшем такой подход Пленума ВС РФ получил развитие и в конкретной судебной практике. Так, например, в одном деле (постановление АС Северо-Западного округа от 26.01.2016 по делу № А56-18923/2015) стороны контракта согласовали условие о том, что оплата заказчиком работ будет зависеть от получения подрядчиком положительного заключения экспертизы и согласования необходимой для начала работ документации. Суды признали такое условие законным.

Между тем необходимо учитывать, что во втором примере речь идет об условии исполнения обязательств, предусмотренных самим основным договором, а не условии предварительного договора о порядке заключения основного. Сказать наверняка, как в случае конфликта суды оценят условие о том, что договор купли-продажи участка будет заключен, только когда продавец приведет в порядок документы, на сегодняшний день сложно. Поэтому, заключая предварительный договор, следует учитывать возможные риски непредвиденного толкования такого условия судом.

Мы продолжаем рассказ о договорах, прекращающих или изменяющих обязательства по ранее заключенным договорам в сделках с недвижимостью. Сегодняшняя статья подробно опишет особенности договоров, содержащих условия, имеющие отменительное или отлагательное действие.

Общая характеристика

Договоры, содержащие отменительные или отлагательные условия, применяются, как правило, в довольно нестандартных ситуациях, когда покупатель не «просто» покупает и продавец не «просто» продает товар, а исполнение обязательства по сделке ставится в зависимость от каких-либо обстоятельств.

Определение отменительным и отлагательным условиям прямо даны в статье 157 Гражданского кодекса РФ. Сделка считается совершенной под отлагательным условием, если стороны поставили возникновение прав и обязанностей в зависимость от обстоятельств, относительно которых неизвестно, наступят они или не наступят. Если же в зависимость от таких обстоятельств поставлено прекращение прав и обязанностей, то сделка считается совершенной под отменительным условием.

Отлагательные условия

Отлагательные условия обладают рядом конкретных признаков:

  • возникают при определенных обстоятельствах в будущем времени и к моменту заключения договора еще не наступили;
  • сторонам достоверно неизвестно, наступят эти обстоятельства или нет;
  • стороны должны правомерно и добросовестно содействовать наступлению этих обстоятельств;
  • наступление этих обстоятельств должно быть возможным, то есть если стороны в договоре указали на нереальные или невероятные обстоятельства, то такое условие не может быть признано отлагательным.

Примером договора с отлагательным условием являются договоры ренты (все разновидности).

Договор ренты заканчивается либо со смертью рентополучателя, либо с выплатой рентоплательщиком выкупной цены ренты. Моментом окончания такого договора является исполнение существенного условия по выплате ренты. И пока данное условие не выполнено, договор не окончен. Это – обременение, от которого нельзя просто отказаться. Оно переходит к новым собственникам, если эта «вещь» каким-либо образом отчуждается или переходит по наследованию новому владельцу до наступления события или окончания каких-либо действий, определенных в договоре как отлагательное условие.

Примером сделок (договоров) с отлагательным условием являются и сделки с рассрочкой платежа, в которых стороны поставили возникновение прав покупателя в зависимость от момента уплаты всей суммы за покупаемый товар, то есть в договоре должны быть указаны размер и сроки рассрочки. Несмотря на то, что договор будет зарегистрирован и право покупателя возникнет, в свидетельстве будет указано обременение, которое определяет условность права. Иными словами, по такому договору безусловное право покупателя возникает только с момента выплаты последнего платежа по рассрочке. Если такой покупатель пожелает продать или иным способом распорядиться купленным товаром, регистрирующие органы потребуют финансовые документы, подтверждающие окончательный расчет за товар.

Отменительные условия

Отменительные условия также имеют свои конкретные признаки:

  • внесение в текст договора отменительного условия при наступлении в определенный срок указанных в договоре обстоятельств обязывает одну из сторон произвести действия, которые отменяют уже заключенный договор. Такое условие является обременением, и оно снимается только при предъявлении доказательств того, что обстоятельства, которые должны отменить договор, не наступили. Часто таковым является умолчание на определенную дату или непредъявление в определенный срок финансовых или иных документов, подтверждающих наступление обстоятельств, указанных в договоре;
  • отменительные обстоятельства должны, так же как и отлагательные, произойти в будущем;
  • если наступлению условия недобросовестно воспрепятствовала сторона, которой наступление условий невыгодно, то условие признается наступившим;
  • если наступлению условия недобросовестно содействовала сторона, которой наступление условия выгодно, то условие признается ненаступившим;
  • отменительное условие, так же как и отлагательное, должно быть реальным и вероятным.

    Отменительное условие содержится в договоре дарения, где может быть прописано право дарителя отменить дарение в случае, если он переживает одаряемого. То есть изначально, заключая договор дарения, даритель включает в текст договора дарения условие, которое одаряемый принимает. В случае, когда предметом дарения является недвижимость, при регистрации такое условие фактически будет обременять объект и ограничивать одаряемого в правах распоряжения: отчуждать вещь другому собственнику одаряемый не сможет, так как наступление смерти одаряемого отменяет договор. Право свободно распоряжаться вещью у одаряемого возникает только после смерти дарителя.

  • Коллеги, выкладываю для публичного обсуждения проект своего комментари к ст.327.1 ГК (отрывок из большого постатейного комментария, который мы сейчас с рядом коллег готовим к изданию). Это не окончательный текст. Я его буду еще дорабатывать, в том числе возможно и с учетом Ваших замечаний и предложений. Так что буду благодарен за любые отзывы и комментарии.

    Статья 327.1. Обусловленное исполнение обязательства

    Исполнение обязанностей, а равно и осуществление, изменение и прекращение определенных прав по договорному обязательству, может быть обусловлено совершением или несовершением одной из сторон обязательства определенных действий либо наступлением иных обстоятельств, предусмотренных договором, в том числе полностью зависящих от воли одной из сторон.

    а) Статья 327.1 ГК, вступившая в силу 1 июня 2015 года, предусматривает возможность поставить права и обязанности по договору под условие. Возможность совершить сделку под условием, то есть сделку, в которой возникновение, изменение или прекращение прав и обязанностей ставится в зависимость от наступления обстоятельства, которое может как наступить, так и не наступить в будущем, признана в ст.157 ГК. Статья 327.1 уточняет это законодательное положение, оговаривая, что под условие может быть поставлен не весь правовой эффект сделки в целом, а отдельные права и обязанности по ней.

    При этом в самом тексте данной статьи говорится о возможности поставить под условие исполнение обязанностей, а также осуществление, изменение и прекращение договорных прав, при этом возможность поставить под условие возникновение договорных прав и обязанностей не упоминается. Тем не менее, норма ст.327.1 ГК должна толковаться расширительно как охватывающая и возможность поставить под условие само возникновение отдельного договорного обязательства. Никаких серьезных политико-правовых оснований допускать возможность обусловить исполнение обязательства или осуществление прав по договору и при этом не допускать возможность обусловить само возникновение обязательства не наблюдается. Более того, не существует серьезных практических различий между поставленным под условие возникновением обязательства и поставленным под условие исполнением ранее возникшего обязательства. Различия между этими конструкциями носят преимущественно догматический характер и не способны оправдать дифференцированное регулирование.

    В договорной практике установление отдельных условных прав и обязанностей достаточно распространено. Под условие наступления тех или иных обстоятельств может быть поставлено изменение цены, выплата определенного дополнительного вознаграждения, предоставление скидки, выполнение дополнительных работ, право на отказ от договора или его изменение, право на безакцептное списание и т.п.

    б) Принципиальное отличие условия от срока состоит в том, что в случае с условием соответствующий правовой эффект договора ставится в зависимость от обстоятельства, наступление которого не гарантировано, в то время как в случае срока речь идет об обстоятельстве, наступление которого неизбежно произойдет. Это отличие четко отражено в нормах ст.157 ГК и 190 ГК. Поэтому, в частности, наступление календарной даты, истечение определенного периода времени с момента заключения договора или смерть конкретного человека – это срок, в то время как проведение реорганизации, погашение долгов перед третьими лицами, налоговые правонарушения – это условия.

    При этом ничто не мешает сторонам договора согласовать в договоре срок, осложненный условием (например, 30 дней с момента получения акта экспертизы или введения здания в эксплуатацию).

    в) Условие может быть отлагательным (наступление условия порождает права и обязанности) и отменительным (наступление условия прекращает права и обязанности). Условие может также влечь изменение содержания установленных ранее прав и обязанностей.

    Условие может быть позитивным (условием является нечто, что должно произойти) или негативным (условием является ненаступление какого-то обстоятельства).

    Условие может быть простым (условием является некое одно обстоятельство), сложносоставным (условием является последовательное наступление нескольких обстоятельств) или альтернативным (условием является наступление одного из нескольких указанных обстоятельств).

    Условием может быть как правомерное поведение стороны договора или третьих лиц, так и их неправомерное поведение. Так, например, в договорах нередко указывается на то, что один из контрагентов получает право на отказ от договора при условии нарушения российским партнером налогового, миграционного или трудового законодательства, техники безопасности на производстве и т.п.. Единственное ограничение, которое здесь необходимо признать, это запрет на включение в договор условия, наступление которого будет порождать правовой эффект, выгодный правонарушителю. Условие не должно поощрять правонарушение. Этот вывод вытекает из п.4 ст.1 ГК (никто не вправе извлекать выгоду из своего неправомерного поведения).

    Условие может быть включено в договор по воле сторон, так и предписано законом в качестве элемента правового режима соответствующей договорной конструкции (например, нарушение договора как условие возникновения обязательства по уплате неустойки). В последнем случае говорят об условии права (condition juris).

    Наконец, условие может быть случайным (то есть зависеть от внешних обстоятельств, включая действия третьих лиц, решения государственных органов и т.п.), потестативным (то есть зависящим от воли и поведения одной из сторон договора) или смешанным (то есть зависящим как от действий одной из сторон договора, так и внешних обстоятельств, как, например, получение кредита, публичное размещение акций и т.п.).

    г) Особенность ст.327.1 ГК состоит в том, что в силу прямого в ней указания допускается установление в договоре потестативного условия. В судебной практике нижестоящих судов ранее встречались решения судов, которые ставили под сомнение допустимость условий, чье наступление зависит от одной из сторон договора полностью (потестативное условие) или частично (смешанное условие). В практике высших судов, наоборот, было отражено в целом скорее позитивное отношение к потестативным и смешанным условиям. См. напр., п.4 Постановления Пленума ВАС от 12 июля 2012 года №42 (прямо признан допустимым ряд потестативных и смешанных условий в договоре поручительства); Постановление Президиума ВАС РФ от 13 ноября 2012 г. N 7454/12 (отменено решение суда нижестоящей инстанции о признании недействительным потестативного условия о просрочке во внесении оплаты в качестве основания для автоматического расторжения договора). Тем не менее, вопрос долгое время оставался не вполне проясненным. С момента вступления в силу ст.327.1 ГК вопрос окончательно решен в пользу допустимости потестативных условий. Из этого положения неизбежно вытекает вывод о том, что допускаются и смешанные условия.

    Потестативное или смешанное условие, обуславливающее возникновение или исполнение отдельного обязательства, может зависеть как от кредитора (например, начисление неустойки при условии предъявления кредитором требования о ее уплате, оплата долга при условии получения счета на его оплату и т.п.), так и от должника (например, доплата к уплаченной цене в случае последующего отчуждения приобретенного актива, выполнение подрядчиком дополнительных работ за свой счет в случае выявления необходимости в осуществлении таких работ, не учтенных в подготовленной подрядчиком проектной документации, и т.п.).

    Уже после вступления в силу ст.327.1 ГК судебная практика окончательно признала потестативные и смешанные условия, установленные не только в отношении отдельных условных прав и обязанностей, но и в отношении всей сделки в целом. В п.52 Постановления Пленума ВС РФ от 23 июня 2015 года №25 указано: «По смыслу пункта 3 статьи 157 ГК РФ не запрещено заключение сделки под отменительным или отлагательным условием, наступление которого зависит в том числе и от поведения стороны сделки (например, заключение договора поставки под отлагательным условием о предоставлении банковской гарантии, обеспечивающей исполнение обязательств покупателя по оплате товара; заключение договора аренды вновь построенного здания под отлагательным условием о регистрации на него права собственности арендодателя)».

    При этом нужно иметь в виду, что признание возможности поставить отдельное обязательство под отлагательное потестативное условие не означает допустимость ситуации, когда обуславливается возникновение или исполнение отдельного обязательства и при этом условием является ничем не ограниченное волеизъявление должника по такому обязательству («заплачу, если захочу»). В такого рода случаях («чисто потестативное условие») следует исходить из того, что никакого действительного обязательства в договоре вовсе нет, так как обязаться сделать что-то при условии наличия желания невозможно.

    д) Включение в договор отлагательного условия порождает риск «вечной подвешенности», то есть ситуации, когда условие может наступить через много лет после заключения договора, что может оказаться полным сюрпризом для сторон. Разумные контрагенты решают эту проблему, включая в договор механизм разрешения неопределенности по прошествии определенного срока (например, оговаривают, что условие должно наступить не позднее такого-то срока). Если стороны не позаботились об этом, право должно вмешаться и исключить вечную неопределенность. Механизм этого вмешательства может быть разным и зависеть от типа условия и характера условного правового эффекта. Так, например, если под отлагательное условие поставлено вступление в силу всего договора в целом, логичным является выведение из толкования ст.157 и ст.327.1 ГК такого диспозитивного правила: по прошествии разумного срока условная правовая связь отпадает и поставленный под условие договор прекращается.

    е) Отдельная проблема возникает в тех случаях, когда в двусторонних синаллагматических договорах под условие ставится встречное предоставление за уже полученное ранее исполнение, и это условие не зависит от кредитора, а зависит исключительно от должника (например, проведение реорганизации), от взаимодействия должника с третьими лицами (например, получение генподрядчиком финансирования от заказчика в качестве условия оплаты работ субподрядчика, перепродаже купленного товара и т.п.) или неких внешних обстоятельств (например, сохранение финансирования проекта из госбюджета). Если встречное обязательство поставлено под условие, зависящее от кредитора (например, оплата по счету), в этом нет никакой проблемы. Но когда такое условие не зависит от кредитора, возникает возможность того, что условие никогда не наступит и встречное исполнение в обмен на уже предоставленное кредитор никогда не сможет истребовать.

    Если стороны договора согласовали срок, в течение которого наступление такого условия может ожидаться, и договорились, что встречное исполнение в обмен на уже полученное исполнение должно быть произведено в любом случае по прошествии такого срока, нет оснований для ограничения свободы договора. В равной степени право не должно вмешиваться и тогда, когда стороны в качестве последствия ненаступления такого условия в течение определенного срока предусмотрели расторжение договора и возврат полученного. Наконец, нет оснований для вмешательства и тогда, когда речь идет о бытовой сделке между гражданами и выявлена воля одарить должника. В таких отношениях дарение разрешено. А раз можно подарить, то нет оснований препятствовать и договору с «мерцающей каузой» (если наступит условие, должник платит, если не наступит – полученное будет расцениваться как дар). Но там, где речь идет о коммерческих отношениях (где дарение в силу ст.575 ГК запрещено и безвозмездность, как правило, не предполагается сторонами) и при этом стороны в договоре не согласовали срок, по прошествии которого либо встречное исполнение должно быть безусловно произведено, либо полученное должно быть возвращено, имеет место грубое нарушение баланса интересов сторон и разрыв каузы синаллагматического договора, а также ситуация вечной «подвешенности», в которой оказывается кредитор. Соответственно, такого рода ситуацию право должно исключать.

    В практике имеется целый ряд постановлений Президиума ВАС, в которых Суд признавал невозможным поставить под условие встречное обязательство (Постановления Президиума ВАС РФ от 18 января 2011 г. N 11659/10, от 2 апреля 2013 г. N 16179/12, от 17 декабря 2013 г. N 12945/13). Единственным исключением является Постановление Президиума ВАС РФ от 23 июля 2013 г. N 4030/13, в котором такая конструкция была признана, а иск о взыскании долга за выполненные работы отклонен в ситуации, когда под условие подписания акта приемки законченного строительством объекта в целом была поставлена небольшая часть подлежащей уплате субподрядчику цены (5%).

    В принципе логичным решением этой проблемы условности встречного обязательства является признание того, что, если условие не наступает в течение разумного срока, встречное исполнение должно быть произведено. Это решение не требует признания условий договора недействительными, а просто дополняет договор подразумеваемым положением о разрешении неопределенности по истечение разумного срока. Соответственно, если в договоре с субподрядчиком предусмотрено, что оплата работ генподрядчиком будет производится после поступления денег от заказчика, стороны сами не позаботились о включении в договор положения, исключающего риск безвозмездности и вечной «подвешенности», и при этом такое условие не наступает в течение разумного срока, субподрядчик получает право потребовать от генподрядчика оплаты.

    Добавить комментарий

    Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *