Большая четверка аудиторских компаний

  • автор:

После вчерашней публикации итогового варианта рекомендаций от Комиссии по делам конкуренции и рынкам (в котором CMA ничего неожиданного не озвучила и посоветовала тот вариант реформы, которого от нее, собственно, все и так ждали) своим мнением поделился давний «борец” за радикальные преобразования, профессор финансового учета в Университете Шеффилда Прем Сикка (Prem Sikka). Издание TheGuardian приводит его обращение.

Что общего у BHS, Carillion – и еще целого ряда других скандальных случаев типа Conviviality, Quindell, Aero Inventory и Co-op Bank , которые, в отличие от первых двух, уже не столь известны российскому бизнес-сообществу, но которые все же имели место? То, что аудит всех этих оказавшихся в плачевном положении компаний проводили аудиторы «Большой четверки”, PwC, KPMG, EY и Deloitte. Неудивительно, ведь именно она аудирует сегодня 97% компаний FTSE 350 и собирает 99% всего дохода на рынке. И каждый из этих случаев отличают две вещи: 1) огромное аудиторское вознаграждение и 2) небольшая, если не сказать нулевая общественная ценность такого аудита, пишет профессор.

Неспособность аудиторов обнаружить вовремя финансовую неустойчивость у своих клиентов привела к потере работы тысячами граждан, потере их пенсий и налоговых поступлений для государства. В то же время пострадавшие не имеют законных механизмов получить компенсацию, ведь обязательства по соблюдению интересов аудиторы несут лишь перед теми, кто их нанимает – то есть самими компаниями.

Если вернуться на десятилетие назад, можно вспомнить, что неспособность аудиторов обнаружить существенные расхождения в финансовой отчетности банков, которые спровоцировали мировой финансовый кризис 2007-2008 гг., впоследствии так и не заставила регуляторов провести аудиторскую реформу. «Слишком резонансные, чтобы их можно было игнорировать” случаи BHS и Carillion все-таки вынудили британское правительство обеспокоиться и переложить рассмотрение проблемы на Комиссию по делам конкуренции и рынкам, которая представила вчера долгожданный итоговый доклад. Только вот он, по мнению профессора Према Сикки, никак не поспособствует решению фундаментальных проблем, лежащих в основе низкой конкуренции и плохого качества аудита.

Если кто-то продает «тянучки”, он обязан обеспечить безопасность продаваемых конфет для потребителей. Однако та же логика почему-то неприменима сегодня в отношении аудиторского сегмента, а CMA этот центральный момент полностью обходит стороной. Без серьезных последствий для себя у аудиторских компаний просто нет существенных экономических стимулов постоянно работать над повышением качества.

Ок, Комиссия предлагает «операционное разделение” аудиторских и неаудиторских услуг в «Большой четверке”, которые будут функционально обособлены тем, что в прессе уже окрестили «Китайской стеной”. Ключевая идея в том, что это может каким-то образом отучить аудиторов продавать свои неаудиторские услуги крупным корпорациям и одновременно проверять отчетность по транзакциям, которые они сами же создали. Не сработает! – полагает профессор финансового учета, поскольку жажда наживы слишком сильна. «Большая четверка” и сейчас с пеной у рта доказывает, что не допускает своих налоговых консультантов оказывать помощь аудиторским клиентам с построением схем минимизации налоговых отчислений, однако судебные разбирательства выявили обратное.

Поэтому вместо «операционного разделения” Прем Сикка настаивает на необходимости жесткого варианта – структурного разделения. Варианта, который не так давноозвучивался едва ли не как уже утвержденный британскими парламентариями. Именно его предлагает и сам британский эксперт в докладах, которые он, по его словам, ранее представлял на рассмотрение партии Лейбористов и комитету по делам бизнеса Палаты общин.

Что касается второй рекомендации – о принудительном проведении «Большой четверкой” аудита совместно с менее крупными организациями – то это даст лишь очень ограниченный эффект. CMA как будто предлагает решение, лишь бы не возиться с ключевой проблемой высоких входных барьеров. По закону, все аудиторские компании обязаны находиться во владении и управляться лицензированными аудиторами. Это требование не дает прийти на рынок технологическим компаниям, которые могли бы потенциально поспорить с доминирующим положением крупнейших аудиторов. Комиссию неоднократно призывали предпринять решительные шаги по расширению выбора на рынке и повышению конкуренции, но она полностью это проигнорировала – сетует профессор.

Так что остается большой вопрос – что все это изменит? Чем это поможет любым другим случаям в будущем, аналогичным, например, BHS, который проходил аудит у PwC более десятка лет до своего краха в 2016 году? Аудит, расследование в отношении которого показало, что партнер аудиторской компании потратил на него лишь два часасвоего времени, а всю работу скинул младшему персоналу, один из членов которого имел за плечами один год практической подготовки после получения аттестата?

KPMG проверяла Carillion 19 лет, одновременно продавая компании консалтинговые услуги. Как показала проверка, у Carillion обнаружились на балансе ничтожные контракты суммарной стоимостью более миллиарда фунтов. Агрессивная учетная политика не позволила ей признавать стремительное снижение стоимости нематериальных активов и гудвилла.

Поэтому даже в случае их реализации предложения от Комиссии по делам конкуренции и рынкам не принесут ровным счетом ничего – делает вывод профессор. В них нет ничего касательно публичного раскрытия информации по составу аудиторских команд, времени, которое аудиторы затрачивают на проверку, списка ключевых вопросов, которые аудиторы задают по ходу проверки (и требуемых на них ответов) или законодательных инициатив, способных отвадить аудиторов от слишком тесных отношений с менеджментом.

По материалам: The Guardian

Недавно Zima писала о том, как попасть в Большую Четверку (Big 4). А сегодня, дети, я расскажу вам о том, почему я решила из этой Большой Четверки уйти.

Все банально и просто. Одним милым лондонским утром — первым из по-настоящему теплых в этом году — я проснулась и расстроилась. Впервые в жизни я расстроилась от того, что просто проснулась. Мне не хотелось вставать и куда-то идти, есть, дышать. Знаете, как иногда шутят: воскресенье только началось, а я уже грущу, что завтра на работу. Это было не так, это было как «мне всего 30, а я уже не хочу жить». Дело в том, что третьи выходные подряд мне приходилось отменять все свои планы из-за работы. Предстоящий отпуск тоже выглядел не очень радужно.

На этом можно было остановиться, сказав, что Четверка — зло; но проблема в том, что вообще-то я до сих пор неустанно повторяю, что консалтинг – это отличная работа для выпускника, просто мечта. Поэтому обо всем по порядку.

О престиже работать в Большой Четверке

Четверка – это круто. На последних курсах университета я очень хотела в Четверку, говорила об этом везде и всем, даже на собеседовании заявила: «Я попаду сюда рано или поздно, так что лучше сэкономить время на повторных интервью и сразу меня взять». Ну они и взяли.

За исключением некоторых отделов, начинающие сотрудники в Четверке не бегают за кофе, не носят шлейфы за партнерами, а моментально попадают на большие проекты и имеют возможность увидеть, как работают огромные международные бизнесы. Я, например, трудилась на одном из этапов M&A («mergers and acquisitions» – сделки слияний и поглощений – прим. ZIMA), и с первого дня работала на крупном инфраструктурном российском проекте, где общалась с большими начальниками как у себя в компании, так и на стороне клиента, критически анализировала финансовые планы и готовила предложения по их оптимизации. На первых порах такое вовлечение и ответственность мотивируют невероятно! Я получала настоящий кайф от того, что была частью большой силы, помогала клиентам и получала положительные отзывы от них, участвовала в конференциях, была на передовой финансового мира. Бодрости придавало и то, что работала я в окружении прекрасных и умных людей в дорогих костюмах.

В офисах Четверки царит жесткая экономия: невкусный кофе, дефицит вешалок для одежды, непропорционально маленькие личные шкафчики, большая концентрация людей на квадратный метр

Однако, к сожалению, внешний престиж не то чтобы сопровождается внутренним комфортом. В офисах Четверки царит все более жесткая экономия: невкусный кофе, дефицит вешалок для одежды, непропорционально маленькие личные шкафчики, все бОльшая концентрация людей на квадратный метр, в сочетании с отсутствием каких-либо дополнительных благ вроде спортивного зала и парковки. Четверке важно показать, что она крутая и может позволить себе офис в центре. Поэтому она не может переехать в офис подальше и побольше, где сотрудникам дышалось бы свободнее и были позволены разные там приятности. Кое-кто из старожилов говорит, что раньше у всех в офисе было свое рабочее место, можно было летать в командировки бизнес-классом и каждый год всем отделом выезжать на корпоративы в другие страны. При мне такого уже не было, и с каждым годом компании находят новые способы урезать внутренние расходы. Например, в теории сотрудники имеют возможность возместить расходы на такси и ужин, если работают допоздна. Однако недавно были введены различные ограничения, которые не позволяют делать этого до 9-10 вечера и пользоваться такси в одиночку. То есть если ты знаешь, что будешь работать до 11, изволь не ужинать до 10 вечера, что, конечно, не очень приятно для организма.

Стоит упомянуть, что в связи со спецификой работы и необходимостью быть мобильными, консультанты в Четверке снабжены ноутбуками, а не стационарными компьютерами. Я знаю людей, которые при этом совсем не имеют персонального компьютера и обходятся только рабочим для всех своих нужд (кроме особых сайтов, конечно же). Помимо этого, сотрудникам выдают телефоны известной дорогой марки и полностью оплачивают связь, в том числе и за рубежом. Будьте уверены: в отпуске и рабочий телефон, и ноутбук вам, к сожалению, понадобятся. На заре моей карьеры появилась опция получить телефон (или установить рабочие приложения на свой собственный), и люди оттягивали этот момент до последнего. К сожалению, развитие современных технологий означает, что, будучи специалистом сферы финансовых услуг, вы должны быть готовы к работе и оставаться на связи 24/7. Буквально. Добавьте в этому тот факт, что вы вынуждены всегда носить с собой ноутбук и бумаги общим весом 5-10 кг, которые в теории можно хранить на работе, но на практике так получается не всегда. Например, если встает выбор: сидеть в офисе допоздна или вернуться домой, поужинать и доработать из дома – большинство людей выбирают второй вариант.

Что касается рабочих мест, то они «мобильные» – каждый день сотрудники должны регистрироваться на свободные места, которые распределены по отделам, предполагая, что только 50-70% людей находятся в офисе. Пожалуй, не буду вдаваться в детали, но эта система порождает нездоровую конкуренцию просто по сути за возможность комфортно поработать в офисе. И иногда заканчивается битвой должностей. Как вы думаете, насколько часто справедливо разрешаются ситуации, в которых младший сотрудник забронировал место заранее онлайн, но директор пришел раньше и просто занял его?

Зато в Четверке иногда (почти безнаказанно) можно работать из дома!

О системе работы в Big 4

Четверка – это удобно. Независимо от предыдущего опыта (или его полного отсутствия) корпоративная система подхватывает человека и снабжает его необходимыми знаниями, технологиями, набором правил и командой, для того, чтобы человек мог делать сногсшибательную работу. Прежде всего в Четверке существует множество обязательных и дополнительных тренингов, также поддерживается и финансируется получение профессиональных сертификатов (например, ACCA и CFA). Такой подход позволяет значительно расширить диапазон потенциальных сотрудников: чтобы стать финансовым консультантом, не обязательно учиться 6 лет на финансовом факультете МГУ, вполне можно быть нейробиологом или специалистом по испанской литературе. Такие случаи не то чтобы иногда встречаются – они повсеместны! Кроме того, система выстроена так, что при соблюдении правил контроля несложно отследить ошибки и скорректировать направление анализа, так что боссы не боятся допускать «малышей» до серьезной работы.

Стоит отметить замечательную систему коучинга в Четверке. С первого дня к каждому сотруднику прикрепляется коуч (или менеджер по развитию), который помогает формулировать личные цели, средства их достижения, отслеживает прогресс в течение года, а также общается с коллегами, чтобы получить полную картину о человеке. Каждый год совет старейшин оценивает сотрудников по специальной шкале, сравнивает их друг с другом и выносит решения о годовых бонусах и повышениях, в том числе учитывая личные цели и план развития каждого отдельного человека, разработанные совместно с коучем. Частенько простой человеческий фактор мешает работе этой системы, но ее наличие – это несомненный плюс! Ведь согласитесь, удобно работать в компании, в которой более или менее понятно, что от тебя требуется и когда тебя повысят.

Еще одним жирным плюсом системы является возможность ротации (как постоянной, так и временной) между отделами, городами и странами, поскольку Четверка занимается огроооооомным спектром услуг по всем миру. Серьезно, даже я не смогу перечислить все существующие отделы. Такие телодвижения помогают быстрее распространять знания и новые услуги, а сотрудники имеют возможность продвигаться по карьерной лестнице, когда, например, получают новые знания за рубежом и привозят их на родину.

Обратной стороной медали устоявшейся системы, конечно же, является отсутствие гибкости. Четверка старается пропагандировать адаптивность к конкретной ситуации, холистический подход к проблемам клиентов, но это всегда упирается в какие-то рамки. Ярче всего проблема системности наблюдается в попытках борьбы за свободное время сотрудников и введении программ по flexible working, а также в программе по сокращению gender pay gap, которая достаточно остро стоит в отрасли

Формально дресс-код отсутствует, но вас попросту не возьмут на встречу с клиентом, если вы не одеваетесь «соответствующе».

К сожалению, как и принципы свободной экономики в России, такие нововведения пока не принимаются широкой массой боссов старшего поколения. В каких-то случаях это объясняется естественным консерватизмом и инертностью людей, а в каких-то – неготовностью системы в целом к большим структурным сдвигам. Но вода медленно точит камень, отдельные люди берут на себя бремя прогресса и, как говорится, будем надеяться, что наши внуки будут жить в лучшем мире.

Другой простой пример системности – дресс-код. Формально он отсутствует, но вас попросту не возьмут на встречу с клиентом, если вы не одеваетесь «соответствующе». Еще пять лет назад я бы сказала, что это естественно. Но после нескольких лет жизни в Лондоне для меня странно, что внешний вид человека все еще имеет хоть какое-то значение. Конечно же стоит понимать, что бизнес-сфере Лондона, не говоря уже о других городах и странах, еще очень далеко до свободомыслящего Шордича, пусть даже на карте они друг от друга в двух шагах.

Стоит упомянуть об еще одном одновременно и плюсе, и минусе большой корпорации. На более поздних этапах карьеры у каждого сотрудника есть возможность развивать новые услуги, самостоятельно строить и поддерживать отношения с отдельными клиентами, заниматься как важной клиентской работой, так и иметь интересные социальные нагрузки. В теории, можно выбрать себе занятие на любой вкус и амбиции и быть, например, лидером по diversity and inclusiveness в странах Центральной и Восточной Европы, руководить волонтерами в огромном количестве фондов Четверки, заниматься лекциями для школьников, помогать трудоустройству безработных. К сожалению, не все активности оцениваются руководством одинаково высоко и, бывает, даже препятствуют продвижению карьеры, если не относятся напрямую к генерации выручки. В данном случае, это скорее возможность самореализации для сотрудников, готовых сбавить несколько оборотов во всеобщей гонке амбиций.

О Первом Правиле Бойцовского Клуба: Fake it until you make it

Если вы собираетесь в консалтинг, но никогда не слышали о таком правиле (или надеетесь, что на самом деле все, конечно же, не так), у меня для вас плохие новости. Независимо от страны, чтобы преуспеть в консалтинге, супер важно выглядеть солидно, успешно и уверенно. С одной стороны, очень здорово носить запонки, красивые строгие платья, работать в обществе мужчин в дорогих, сшитых на заказ костюмах и ходить на встречи с «большими» людьми. Но, пресвятой Гордон Гекко, как же часто я видела, как коллеги теряют голову (и прежде всего лицо), пытаясь показать, что они больше, чем есть на самом деле. Это касается не только внешнего вида как такового, но и необходимости внешне демонстрировать свои достижения, успешные проекты, полезные для бизнеса контакты. Если вы думаете об этой карьере, вам стоит очень серьезно разобраться в своих мотивациях, понять, что движет вашими амбициями и подумать, подходит ли вам такой стиль работы. Иначе возможно придется притворяться и переживать из-за этого, а стресса в консультантской жизни и без этого хватает.

О стрессе в Большой Четверке

Помните, как во время выпускных экзаменов в школе кто-то обязательно говорил, что это самое страшное время, скорее бы мы все выпустились и начали взрослую свободную жизнь? Позднее примерно те же чувства одолевали нас на пятом / шестом году учебы в вузе. К сожалению, для тех кто приходит работать в Четверку, эта гонка не заканчивается никогда. Стресс и дедлайны становятся частью ежедневной работы.

Динамика проектов такова, что нужно соображать очень быстро, впитывать огромные массивы данных ежедневно, работать много и спать мало.

В моем потоке свои резюме на работу направили около 450 человек, а в итоге в наш отдел взяли только четверых. Такой жесткий отбор накладывает свой отпечаток и создает фундамент для ощущения того, что тебя могут в любой момент заменить. Я вообще-то была большая молодец и в школе, и в университете, и не испытывала никаких проблем со стрессом и дэдлайнами. Но на протяжение первых двух лет в Четверке, несмотря на крутость и интересность работы, меня не покидало ощущение того, что мир может разрушиться в любую секунду, а меня вот-вот уволят. На самом деле, это конечно же не так, но динамика проектов такова, что нужно соображать очень быстро, впитывать огромные массивы данных ежедневно, работать много и спать мало. Иногда, конечно же, случаются ошибки и конфликты.

Как говорила одна моя коллега, важно научиться принять тот факт, что и сегодня, и завтра на моем пути будут ленивые сотрудники, грубые клиенты и их нерешаемые проблемы, за которые они не готовы платить. Самый важный навык, приобретаемый в Четверке, – это иммунитет к потоку проблем, которые выливаются на человека со всех сторон. Они могут или медленно убивать, как бессмертная Лернейская Гидра, или делать нас сильнее. Нужно только представить, что ежедневное отрезание голов Гидры – это всего лишь часть рутинной работы. Ничего страшного, если вам не удастся убить ее насовсем.

Стресс ежедневной работы иногда усугубляется искусственной внутренней конкуренцией, а частенько и ситуациями, когда старшие коллеги не справляются со своим стрессом и «спускают» его на команду. В связи со спецификой работы, в Четверке принято создавать атмосферу круговой поруки и всеобщей ответственности за результат, поэтому иногда рамки ответственности размываются, и младший сотрудник может оказаться крайним, например, за превышение бюджета.

…Я сдалась и начала регулярно пить кофе где-то через полгода работы, хотя до этого никогда его не пила, даже во время экзаменов в университете. На третьем году я стала регулярно пить легкие успокоительные, а на пятом году в случайной беседе с коллегами выяснилось, что почти все регулярно употребляют более сильные рецептурные средства. Мне всегда казалось, что мой стресс – это проявление слабости. Сегодня я уверена, что к сожалению, у любого организма есть предел возможностей, и мне стоило бы прислушаться к моему немного раньше.

Ну и о самом главном: сколько платят в Большой Четверке

«Ооооо, да ты из этих, толстеньких котов!» (Это такой намек на банкиров, которые сотворили финансовый кризис в 2008), – сказал мне фотограф Стьюарт Франклин при знакомстве. «Даааа, много ты работаешь… зато хотя бы зарабатываешь…», – с нескрываемой завистью жалуется на свою жизнь мой знакомый гитарист. Если бы я получала £1000 каждый раз, когда мне это говорят, может быть, накопила бы депозит на ипотеку, а то что-то все никак не получается. Обидно, товарищи! Если уж я решила посвятить свою жизнь карьере вселенского зла, то хорошо бы было зарабатывать так, чтобы ездить на ягуаре, в мехах и с золотой цепью, а слезы от несправедливости капитализма утирать стодолларовыми купюрами. Увы, на самом деле первые 3-5 лет в консалтинге зарплата в час не намного больше прожиточного минимума, и только после 5-7 лет работы достигает субъективно комфортного уровня.

В Великобритании переработки не оплачиваются и считаются нормой, поэтому в пересчете на час работы зарплата выходит небольшой.

Нужно понимать, что, например, в Великобритании переработки не оплачиваются и считаются нормой, поэтому в пересчете на час работы зарплата выходит небольшой. Пример для визуализации: если бы бариста в известных кофейнях работали в среднем столько же, то получали бы всего на 30% меньше консультанта Четверки второго/третьего года. Можно поспорить о том, что карьерные перспективы у консультанта получше, но это субъективно и зависит от амбиций каждого. Важно понимать, что хоть лестница в Четверке и условно-прозрачная и структурированная, существует огромное количество факторов (человеческих и не очень), которые могут сделать рост отдельного человека как феноменальным, так и болезненно медленным.

Немного статистики о зарплате: в 2017 году Четверка в сумме заработала $134 млрд. Учитывая, что ради этого по всему миру радостно трудятся 945 тыс. человек, выходит $142 тыс. в год на человека (или около $12 тыс. в месяц). Судя по разным годовым отчетам, зарплата и бонусы составляют около 30-40% от выручки, а значит среднестатистический четверышник в вакууме получает около $3,6-4.5 тыс в месяц. До вычета налогов. Конечно, это средний показатель по миру, и что самое главное, средний между партнерами и простыми смертными всех категорий, включая сопровождающий персонал. Думаю не стоит упоминать, что разница между «небом» и «землей» в Четверке очень большая. Если глубже порыться в годовых отчетах компаний и на glassdoor, можно получить более ясное представление о зарплатах разных уровней в конкретной компании и стране.

Почему я ушла из Большой Четверки

Если коротко, то ушла я из Четверки потому же, почему уходят с любой другой работы или от нелюбимого больше человека. Когда-то все было очень хорошо, но мы устали друг от друга и устали пытаться это исправить. Работа в Четверке – это правда круто и интересно. Стоит только помнить, что здоровье, друзей и семью очень сложно купить в принципе, а тем более на консультантскую зарплату. Однако, глядя на большое количество довольных боссов, проводящих десятилетия в Четверке, я понимаю, что ко всем минусам консультантской жизни можно адаптироваться, а плюсы иногда очень даже жирные и приятные. Я совсем не хочу сказать: «Посмотрите на меня! Не ходите в Большую Четверку!». Совсем наоборот. Советую просто очень хорошо понимать, зачем вы это делаете, и чем готовы за это заплатить.

Фото автора

Еще больше полезных текстов о работе и карьере в телеграм-канале Smart&Abroad. А также в канале нашего проекта ZIMA Magazine.

В сфере большого международного бизнеса хорошо известна Big-4 — группа крупнейших организаций транснационального масштаба, оказывающих аудиторские и консалтинговые услуги. В «большую четверку» входят:

  • Deloitte Touche Tohmatsu (Deloitte)

  • PricewaterhouseCoopers (PwC)

  • Ernst & Young (EY)

  • Klynveld Peat Marwick Goerdeler (KPMG)

Они осуществляют юридическое обслуживание подавляющего большинства публично торгуемых компаний. Эту группу можно с полным правом назвать олигополией, поскольку они доминируют на рынке аудита и консалтинга. В Big-4 обслуживаются 99% компаний из FTSE-100, 96% фирм из FTSE-250 и 95% организаций из Fortune-500.

Индекс FTSE-100 рассчитывается Британской фондовой биржей и основывается на значениях акций 100 компаний, имеющих наибольшую капитализацию. Их общая капитализация превышает 80% от всех фирм, котирующихся на бирже. Журнал Fortune публикует свой рейтинг 500 крупнейших мировых организаций, составляя его по данным годовой выручки.

История формирования большой четверки

Каждая из этих аудиторских организаций имеет более чем вековую историю. Прайсвотерхаускуперс и Делойт Туш были основаны в 1849 г. в Великобритании. За 170 лет они пережили достаточно реорганизаций и потрясений, но до сих пор являются крупнейшими игроками. Немного позже, в 1870 г., была создана КПМГ. Самой молодой стала Эрнст энд Янг, начавшая оказывать услуги аудитора в 1903 г.

Почти до конца 20 века крупных аудиторских организаций было восемь, они составляли Big-8. Но мировая глобализация и финансовые кризисы заставили их приспосабливаться к современным условиям ведения бизнеса.

В 1989 г. фирмы Ernst & Whinney и Arthur Young слились в Ernst & Young. В 1990 г. Touche Ross и Deloitte, Haskins and Sells создали Deloitte Touche.

В 1998 г. в результате объединения Price Waterhouse и Coopers & Lybrand начала функционирование PricewaterhouseCoopers (PwC). Статью об этой сети читайте . В 2002 г. прекратила свою деятельность Arthur Andersen, что с учетом KPMG дает нынешнюю большую четверку аудиторов.

Современная «большая консалтинговая четверка» занимает устойчивую авторитетную позицию на мировом рынке услуг аудита и консалтинга. Некоторых клиентов они обслуживают более 100 лет. Например, KPMG является аудитором General Electric уже 109 лет, а PwC работает с банком Barclays 120 лет.

«Большая четверка» аудиторских компаний обозначила свое присутствие в России благодаря открытию первого представительства Coopers & Lybrand в 1913 г., а в настоящее время более 40 организаций в РФ работают в «большой четверке» аудиторских компаний.

Структура и сильные стороны Big-4

Все компании большой четверки по своей структуре и управлению являются транснациональными с рядом небольших отличий, не оказывающих существенного влияния на их деятельность.

«Материнские компании» зарегистрированы как общество с ограниченной ответственностью (EY), кооператив (KPMG), непубличное акционерное общество (Deloitte) или транснациональная корпорация (PwC). Их объединяет одинаковая цель – ограничение ответственности каждого независимого члена.

Для этого в состав организаций входят «дочерние предприятия» — самостоятельные юридические лица (филиалы), подчиняющиеся законодательству стран, где они создаются. Глобальные офисы оказывают членам сети поддерживающий и консультационный сервис. Профессиональные услуги для конечных потребителей предоставляют только автономные фирмы.

В штаб-квартире руководство деятельностью всей сети осуществляет председатель (главный партнер), которому помогает правление из 10-15 человек. Они отвечают за определенные направления – аудит, консалтинг, кадры, налогообложение, операционное управление и т.п. Страны, в которых есть фирмы сети, объединены в регионы присутствия, каждым из которых руководит специальный управляющий. Анализ различных направлений аудируемой компании позволяет лучше прогнозировать ее будущие денежные потоки, т.е. прибыль.

Такая предпринимательская сеть обеспечивает стабильность всех корпораций, поскольку проблемы в отдельной стране не отражаются на организации в целом. Вековой опыт, обмен знаниями и собственные образовательные организации гарантируют высокое качество оказываемых услуг.

Государственным и частным организациям в различных отраслях экономики все фирмы предлагают широкий спектр профессиональной помощи:

  1. аудит;
  2. управленческий консалтинг;
  3. бухгалтерский учет и налогообложение;
  4. право;
  5. финансовое консультирование;
  6. управление рисками;
  7. реструктуризация;
  8. судебно-финансовая экспертиза;
  9. ИТ-консультирование;
  10. услуги слияния и поглощения;
  11. актуарные расчеты;
  12. сопровождение сделок;
  13. управление персоналом;
  14. банковское право и др.

Привлечение фирмы из Big-4 для проведения аудита фактически является обязательным для компаний, желающих быть признанными на международном рынке. Национальные аудиторские организации проигрывают из-за недостижимой для них стоимости и престижности брендов. Однако справедливости ради стоит добавить, что для международного признания более важными оказываются оценки рейтинговых агентств — статью о них читайте . Впрочем, для самих агентств заключение аудитора может быть немаловажным фактором для присвоения рейтинга.

По данным аналитиков, «большая четверка» аудиторов во много раз завышает стоимость своих услуг по сравнению с ближайшими конкурентами, например, A.T.Kearney, Booz, Oliver Wyman, Roland Berger, Bearing Point, Accenture и др. На международном рынке работают еще около 40 известных аудиторских сетевых фирм, но их совокупная доля не превышает 4% всего объема. У отдельных стран случаются исключения — например, во Франции примерно треть аудита приходится на фирмы вне большой четверки — однако в большинстве случаев доля Big-4 не менее 90%. Цены на услуги в РФ в «брендовых» организациях в несколько раз ниже европейских, т.к. всегда учитывается экономическое положение страны.

Проводя консалтинг, «большая четверка» делит этот рынок с компаниями «большой тройки» (McKinsey & Company, Boston Consulting Group, Bain & Company), специализирующимися на оказании консультационных услуг.

Сравнение основных характеристик деятельности компаний Big-4

Deloitte

PwC

EY

KPMG

Полное современное название Deloitte Touche Tohmatsu Limited PricewaterhouseCoopers International Limited Ernst & Young Global Limited Klynveld Peat Marwick Goerdeler International Cooperative
Стоимость бренда $20.83 млрд. $22.28 млрд. $17.13 млрд. $12.47 млрд.
Место в рейтинге мировых брендов (Brand Finance Global 500) 59 50 84 119
Глобальная организационно-правовая форма Непубличное акционерное общество Транснациональная корпорация Общество с ограниченной ответственностью Кооператив
Место регистрации Великобритания Великобритания Великобритания Швейцария
Дата основания 1849 г. 1849 г. 1903 г. 1870 г.
Дата последней реструктуризации 1990 г. 1998 г. 1989 г. 1987 г.
Штаб-квартира Великобритания (Лондон) Великобритания (Лондон) Великобритания (Лондон) Нидерланды (Амстелвен)
Глобальный руководитель Пунит Ренжен Роберт Мориц Марк Уайнбергер Уильям Томас
Глобальный годовой оборот $ 43,2 млрд. $ 37,7 млрд.
(2017 г.)
$ 34,8 млрд. $ 25,4 млрд.
(2016 г.)
Регионы присутствия 1. Европа,
2. РФ + СНГ, Азиатско-Тихоокеанский регион,
3. Америка
1. Великобритания,
2. США,
3. Европа,
4. Азиатско-Тихоокеанский регион
1. Европа,
2. Америка + Ближний Восток + Индия + Африка,
3. Азиатско-Тихоокеанский регион,
4. Япония
1. Азиатско-Тихоокеанский регион,
2. Америка,
3. Европа + Ближний Восток + Африка
Число стран с фирмами – членами сети 152 158 150 154
Глобальное число сотрудников 286 тыс. чел. 237 тыс. чел. 260 тыс. чел. 261 тыс. чел.
Официальный сайт
Открытие первого офиса в РФ 1990 г. 1989 г. 1989 г. 1990 г.
Количество городов в РФ с фирмами – членами сети 7 10 10 13
Количество сотрудников в РФ 2200 чел. 2700 чел. 3300 (2017 г.) 2800 (2017 г.)
Годовой оборот в РФ 7,4 млрд. руб.
(2017 г.)
12,8 млрд. руб.
(2017 г.)
15,7 млрд. руб.
(2017 г.)
12 млрд. руб.
(2017 г.)

Слабые стороны большой четверки и угрозы рынку

Некоторые аналитики называют разделение всего международного рынка аудиторского сервиса между четырьмя фирмами не олигополией, а картелем. Компании юридически независимы и не известны случаи подписания между ними договоров — но в пользу этого подозрения говорят ряд факторов:

  • доминирование в обслуживании более 90% крупнейших мировых организаций;
  • одинаковые услуги и условия их оказания;
  • схожие методы ценообразования и уровни цен;
  • разделение сфер влияния;
  • одинаковое построение бизнеса, в т.ч. механизма управления;
  • общие подходы к подбору и обучению персонала, построению карьеры, ротации сотрудников;
  • одинаковые требования к корпоративной культуре и др.

Такое монополистическое соглашение затрудняет действие рыночных механизмов конкуренции. Возможно, именно поэтому в Европе в 2016 г. были введены новые правила «принудительной ротации» аудиторов не реже 1 раза в 8 лет. Но компании Big-4 просто обменялись между собой старыми клиентами, сохранив прежние объемы рынка. В Великобритании активно обсуждается вопрос о принудительном разделении организаций картеля.

Скандалы вокруг работы аудиторов Big Four происходят с неприятной регулярностью во многих странах. Основное обвинение: участие в махинациях с бухгалтерской отчетностью. Например, Ernst & Young не заметила приближающегося банкротства Lehman Brothers, а PricewaterhouseCoopers – аналогичного случая с Colonial Bank. После банкротства Carillion пострадала репутация KPMG, а Deloitte Touche – после разорения TBW. Каждый год пострадавшие инвесторы предъявляют многомиллиардные иски к аудиторам для компенсации убытков.

Угроза аудиторскому рынку тесно связана с национальной безопасностью. Несмотря на официальную независимость фирм – членов международной сети, информация о финансовом состоянии проверяемых крупнейших организаций страны может поступать и в головной офис корпорации. Консультируя правительственные структуры, аудиторы могут оказывать влияние на принимаемые государственные решения.

Поскольку аудиторские компании являются саморегулируемыми, они сами утверждают для себе стандарты деятельности. Лишь в начале 21 века некоторые страны (США, Великобритания) начали ужесточать контроль за их деятельностью, принимая законы о разграничении полномочий и создавая надзорные организации.

Не исключено, что в ближайшее будущее рынок аудиторских и консалтинговых услуг ждут перемены — вплоть до кардинальных, например более широкое вовлечение в процесс аудита менее крупных компаний. Это связано не только с проблемами большой четверки аудиторов, но и с изменениями в современном бизнесе, глобализацией рынков, электронным, документарным и денежным оборотом, подходом к бухгалтерскому и управленческому учету, поведением инвесторов и общей финансово-экономической ситуацией в мире. В такой ситуации все труднее оставаться крупным монополистом, даже если история фирмы ведет свой отсчет с 19 века.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *