Банковская конкуренция

  • автор:

Конкуренция частных и государственных банков

Один из самых насущных вопросов банковского сообщества в последние годы – способность частных банков конкурировать с крупными банками, подконтрольными государству. В обширном докладе, представленном на ХХ Апрельской конференции НИУ ВШЭ, мы, анализируя текущее состояние и перспективы бизнес-моделей российских банков, попытались дать ответ в том числе и на этот вопрос.

Бизнес-модели российских банков

Мы проанализировали данные по всем кредитным организациям с 2013 по 2019 г., которые в течение этого периода не лишились своих лицензий.

Экспертным путем мы выделили семь бизнес-моделей российских банков в зависимости от их размера, структуры бизнеса и формы собственности.

Среди банков, контролируемых государством, были выделены три группы:

  • универсальные банки, занимающиеся транспарентным банковским бизнесом;

  • банки, контролируемые госкомпаниями;

  • банки, санируемые ЦБ РФ.

В составе банков, контролируемых частным капиталом, были выделены:

  • банки, контролируемые нерезидентами;

  • крупные универсальные банки;

  • «монолайнеры», специализирующиеся на потребительском кредитовании;

  • небольшие по размеру активов и капитала банки.

Активы и рентабельность

Результаты анализа показывают, что на рассматриваемом временном промежутке крупные частные банки до некоторой степени смогли составить конкуренцию универсальным госбанкам. За последние шесть лет активы в целом по всей выборке банков выросли в 1,87 раза. При этом, рассматривая динамику этого показателя для каждой группы банков в отдельности, можно выделить лидеров и аутсайдеров. Безусловным рекордсменом здесь оказались банки, контролируемые госкомпаниями: их активы увеличились в 2,65 раза. Также ожидаемо в число лидеров вошли универсальные государственные банки – рост вдвое. Но, что принципиально для поставленного нами вопроса, второе место в этом рейтинге заняли крупные частные универсальные банки, объем активов у которых за исследуемый период увеличился в 2,1 раза, что сопоставимо с результатом универсальных госбанков.

Если ориентироваться на другой показатель, демонстрирующий эффективность деятельности той или иной группы банков, а именно на рентабельность активов, то здесь крупные частные кредитные организации в последние три года смогли продемонстрировать неплохие результаты.

Динамика рентабельности активов универсальных банков с госучастием и крупных частных универсальных банков в 2012–2018 гг., %

Универсальные банки с госучастием

Универсальные частные банки

2,5

2,2

2,0

1,9

1,5

1,3

1,2

1,0

0,5

0

–0,5

–1,0

2012

2013

2014

2015

2016

2017

2018

Источник: расчеты авторов

Универсальные банки с госучастием

Универсальные частные банки

2,5

2,2

2,0

1,9

1,5

1,3

1,2

1,0

0,5

0

–0,5

–1,0

2012

2013

2014

2015

2016

2017

2018

Источник: расчеты авторов

Универсальные банки с госучастием

Универсальные частные банки

2,5

2,2

2,0

1,9

1,5

1,3

1,2

1,0

0,5

0

–0,5

–1,0

2012

2013

2014

2015

2016

2017

2018

Источник: расчеты авторов

На графике видно, что на этом временном промежутке банки, контролируемые частным капиталом, наращивали свою эффективность, хотя и уступали крупным игрокам с госучастием. За счет каких факторов рентабельность госбанков устойчиво оказывалась на более высоком уровне?

Факторы успеха госбанков

Во-первых, подобный результат базировался на ускоренном росте портфеля розничных кредитов, в том числе потребительских. За последние три года объем кредитов населению, выданных госбанками, вырос на 6,18 трлн руб. У частных банков прирост был почти в 10 раз меньше – на 638 млрд руб.

Отчасти столь разную динамику можно объяснить последствиями от введения повышенных коэффициентов риска для некоторых категорий потребительских кредитов. Скорее всего, влияние повышенных коэффициентов риска на бизнес госбанков, имеющих достаточный запас капитала и доступ к его пополнению, оказалось меньшим, чем на бизнес частных банков, которые сталкиваются с объективными ограничениями при пополнении капитала.

Результаты математического моделирования показывают, что успехи универсальных госбанков на рынке розничных кредитов опираются на рост величины привлеченных средств за счет небанковских источников: 1% прироста таких средств генерирует прирост кредитов физическим лицам на 0,47%. Но также они заметно зависят от темпов роста капитала: прирост собственных средств банков на 1% вызывает рост розничного кредитного портфеля на 0,26%. Поэтому, получая средства в капитал, банки, контролируемые государством, развивают высокомаржинальное розничное кредитование, не останавливаясь даже перед некоторым удорожанием срочных пассивов, так как эта тактика все равно оказывает положительное влияние на рентабельность активов банков данной группы. Отметим, что такая бизнес-модель госбанков расходится с курсом регулятора на снижение рисков, связанных с закредитованностью населения.

Во-вторых, за последние шесть лет доля универсальных госбанков на рынке привлечения расчетных и текущих счетов юридических лиц выросла сразу на 20 п.п. – с 56,3 до 76,3%. Это позволило им удержать низкую стоимость фондирования, несмотря на отток долгосрочных средств под влиянием санкций. Отметим, что ситуация на рынке вкладов населения оказалась принципиально иной: рост доли универсальных госбанков составил лишь 1,7 п.п. – с 72,6 до 74,3%.

В-третьих, в структуре кредитного портфеля частных банков, в отличие от государственных, заметный удельный вес стали иметь менее доходные, чем корпоративные, а тем более потребительские, межбанковские кредиты: 22,7% на начало 2019 г. против 6,9% на начало 2014 г. Для сравнения: у госбанков эта доля сократилась с 6,16 до 5,72%.

Переток корпоративных клиентов в банки с госучастием

При этом корпоративный портфель банков с госучастием рос опережающими темпами: он увеличился вдвое за шесть лет против прироста на 62% у крупных универсальных частных банков. Причиной этого стала большая привлекательность, прежде всего ценовая, госбанков для надежных заемщиков.

Здесь же отметим, что результаты проведенного нами математического моделирования не подтверждают наличия прямой связи между ростом корпоративного кредитного портфеля банков, контролируемых государством, и величиной их капитала. Поэтому проведенная в 2015 г. масштабная докапитализация этих банков не оказала непосредственного влияния на рост кредитов предприятиям, несмотря на введенные штрафы за низкие темпы роста кредитного портфеля.

Впрочем, впоследствии включились эффекты второго порядка: предоставленный банкам запас капитала позволил им конкурировать за привлечение средств предприятий и долгосрочных депозитов населения, которые уже в свою очередь стали драйверами роста корпоративного кредитного портфеля. В этих условиях частные банки увеличивали вложения в негосударственные долговые ценные бумаги, уделяя большее внимание публичным оценкам объектов инвестиций и ликвидности активов. Банки же, контролируемые государством, оказались традиционно ориентированными на кредиты, а не на покупку ценных бумаг.

В условиях перетока корпоративных клиентов в государственные банки частные кредитные организации оказались не способны соответствовать конкурентам с госучастием по уровню рентабельности активов. Но катастрофического отставания в эффективности бизнеса крупных универсальных частных банков от государственных конкурентов в последние годы не наблюдалось. На основе проведенного нами исследования можно констатировать, что залогом этого стали следующие факторы: надлежащее корпоративное управление; профессиональное управление рисками, прежде всего кредитным риском; наличие ответственного собственника. По данным математического моделирования, частные банки при управлении корпоративным и потребительским кредитными портфелями более заметно используют результаты управления рисками.

Полагаем, что в ближайшие пять лет «погоду» в банковском бизнесе будут определять универсальные банки, которые в силу масштабов могут извлекать выгоду от диверсификации деятельности. При этом частные банки вполне способны конкурировать с государственными, особенно с учетом того, что технологическая конкуренция становится все более актуальной, чем конкуренция за капитал: будущее банков связано с их способностями эффективно осваивать новые технологии, включая финтех-проекты и технологические платформы.

Особенности конкуренции на российском рынке банковских услуг



Конкуренция — необходимый элемент рыночных отношений, выступающая движущей силой развития рынка и его участников. Существует множество определений конкуренции, которые сводятся в основном к соперничеству (борьбе) между участниками рынка за лучшие условия производства и реализации продукции. Являясь разновидностью рыночной конкуренции, банковская конкуренция обладает рядом специфических черт:

‒ конкуренция разворачивается не только между банками, но и небанковскими финансовыми институтами и нефинансовыми организациями;

‒ конкурентное пространство включает в себя множество рынков, на одних банки выступают в качестве продавцов, на других — в качестве покупателей. Рынок банковских услуг не является единым пространством, а представлен различными сегментами.

Современные коммерческие банки функционируют практически во всех рыночных секторах, в связи с чем сфера конкуренции очень обширна. В целом банковская конкуренция осуществляется на трех уровнях.

Первый уровень или основной, эта непосредственно конкуренция между коммерческими банками.

Второй уровень — это конкуренция между банками и небанковскими кредитными организациями. В последние годы на финансовом рынке важную роль стали играть специализированные небанковские кредитно-финансовые институты. К ним можно отнести страховые компании, пенсионные фонды, инвестиционные и финансовые компании, хедж-фонды, кредитные союзы, кредитные кооперативы и др.

Третий уровень — это конкуренция между банками и нефинансовыми организациями. В настоящее время все более заметную роль начинают играть новые технологичные компании ФинТех, предоставляющие услуги, которые традиционно являлись банковскими.

Начнем исследование с первого уровня, т. е. межбанковской конкуренции.

Обратимся к институциональным характеристикам банковского сектора. На начало 2018 года численность действующих кредитных организаций составила 508 единиц, сократившись за 9 лет на 550 организаций. Следует отметить, что тенденция сокращения числа банков (большинство кредитных организаций — это банковские кредитные организации) начала формироваться давно, но заметно активизировалась с 2014 года. Основная причина сокращения численности банков — отзывы лицензий Банком России.

Рис.1. Динамика численности кредитных организаций

Таким образом, можем констатировать сокращение участников рынка. Как уменьшение числа участников рынка влияет на конкуренцию? Если численность участников небольшая, то их сокращение может привести к изменению интенсивности конкуренции. На банковском рынке число участников достаточно большое и их сокращение на состояние конкуренции существенного влияния не оказывает.

Большое распространение для оценки интенсивности конкуренции получил подход на основе оценки распределения рыночных долей конкурентов. Для оценки характера распределения рыночных долей используют показатель рыночной концентрации. Чем выше показатель, тем выше монополизация рынка и ниже интенсивность конкуренции. Показатель рассчитывается для 3,6,10,20,50 и 100 участников рынка. Наибольшее распространение получил расчет для 4-х лидеров рынка. Рассчитаем коэффициент концентрации по формуле:

Где:

D — доля рынка;

n-количество фирм, для которых рассчитывается показатель.

Рассчитаем коэффициент концентрации для банковского рынка по объему активов.

Таблица 1

Доли лидеров рынка по величине активов,%

CR 2015 г. = 50,4 %

CR 2016 г. = 51,4 %

CR 2017 г. =52 %

Полученные результаты свидетельствуют о достаточно высокой концентрации рынка. При показателе, превышающем 75 % в США, рынок рассматривался как объект монопольной практики. Прослеживается тенденция к увеличению этого показателя. Таким образом, можем сделать вывод о невысокой интенсивности конкуренции.

Недостатком коэффициента концентрации является то, что он не учитывает варианты распределения долей. Доли могут быть приблизительно одинаковые, либо между конкурентами может быть существенный разрыв. Исходя из многолетних наблюдений, выделяют критическую пропорцию долей двух независимых конкурентов, когда стремление к изменению своей доли рынка сходит на нет, определяемую как два к одному и более. Отсутствие резкой разницы значений рыночных долей значительно повышает активность конкурирующих организаций. Наибольшая интенсивность конкуренции наблюдается при примерном равенстве долей .

На российском рынке доля лидера — Сбербанка — в 2,5 раза выше доли ближайшего конкурента банка ВТБ и уже в 17 раз превышает долю банка ПАО «Промсвязьбанк», замыкающего десятку крупнейших банков по величине активов.

Более точно оценить интенсивность конкуренции позволяет коэффициент Херфиндаля — Хиршмана. Чем выше значение, тем ближе рынок к монополии и тем ниже интенсивность конкуренции. По значениям индекса Херфиндаля — Хиршмана выделяют три типа рынка:

‒ высококонцентрированные при 1800

‒ умеренно концентрированные при 1000

‒ низко концентрированные при HHI

Рассчитывается индекс как сумма квадратов долей участников рынка. Недостатком индекса является сложность его расчета при большом количестве конкурентов. Рассчитаем коэффициент также для 4-х лидеров рынка и попробуем проанализировать получившееся значение.

HHI 2015 = 1012,9

HHI 2016 = 1025,36

HHI 2017 = 1040,94

Данные показывают, что рынок является умеренно концентрированным. Полученные значения не позволяют нам сделать однозначные выводы, так как расчет производился для 4-х участников рынка. Попробуем определить значение для рынка в целом. Расчет проведем по данным за 2017 год.

Квадрат долей банков, занимающих по величине активов 5–15 места составляет 56,53. У остальных участников доля рынка (исходя из величины активов) составляет менее 1 % . Таким образом, сумма квадратов долей всех участников рынка будет менее 1800, т. е. в целом рынок является также умеренно концентрированным.

Как мы уже отмечали, банковская конкуренция разворачивается на отдельных рынках, поэтому целесообразно оценить ее состояние на отдельных сегментах рынка банковских услуг. Для анализа были выбраны рынки вкладов и розничного кредитования. Доли 4-х лидеров рынка по объемам вкладов представлены в таблице 2.

Таблица 2

Доли 4-х банков-лидеров по вкладам физических лиц в 2015–2017гг.,%

Банк

2015 год

2016 год

2017 год

ПАО Сбербанк

46,6

45,7

46,7

ВТБ-24 (ПАО)

6,9

6,9

7,9

Банк ГПБ (АО)

2,1

2,1

2,2

АО «АЛЬФА-БАНК»

1,9

2,0

2,2

Лидером на рынке вкладов является Сбербанк с долей более 45 %. Ближайший конкурент — ВТБ 24 занимает долю около 8 %. Доля следующих ближайших конкурентов составляет около 2-х процентов рынка.

Рассчитаем коэффициент концентрации для 4-х участников.

CR 2015 г. = 57,5 %

CR 2016 г. = 56,7 %

CR 2017 г. = 59 %

На основании полученных данных можем сделать вывод о достаточно высокой концентрации рынка. Соотношение долей двух ближайших конкурентов — Сбербанка и ВТБ-24 составляет 6 к 1, что снижает активность конкуренции.

Рассчитаем также индекс Херфиндаля — Хиршмана для этого сегмента рынка.

HHI 2015 = 2227,19

HHI 2016 = 2144,5

HHI 2017 = 2252,09

Значение индекса превышает 1800, что свидетельствует о том, что рынок является высококонцентрированным, следовательно, с низкой интенсивностью.

Сбербанк России выступает бесспорным лидером, доля которого почти в 5 раз превышает долю ближайшего конкурента. Таким образом, рынок вкладов является рынком с доминирующим банком.

Проанализируем конкуренцию на рынке розничного кредитования. В таблице 3 приведены доли 4-х лидеров рынка.

Таблица 3

Доли 4-х крупнейших банков на рынке розничного кредитования в 2015–2017гг.,%

Лидирующие позиции в данном сегменте также занимает Сбербанк России, его доля составляла 32,0 в 2015 г. и 33,5 % в 2017 г. Далее идет ВТБ-24 с долей в 8,6 % в 2015 г. и 11,5 % в 2017 г. Росбанк и Россельхозбанк заняли 3-е и 4-е места. В 2016 г. в четверке лидеров произошли изменения. Третье место занял ООО Хоум Кредит энд Финанс Банк с долей рынка 3,1 %, 4-е место — Россельхозбанк с долей рынка 2,5 %. Преимущество Сбербанка не столь значительное, как на рынке вкладов, но существенное.

Рассчитаем индекс концентрации для 4-х участников.

CR 2015 г. = 46,5 %

CR 2016 г. = 48,6 %

CR 2017 г. = 50,6 %

Концентрация на рынке достаточно высокая, но ниже, чем на рынке вкладов. Существенно меньше и разрыв в соотношении долей двух ближайших конкурентов — 3 к 1, что позволяет сделать вывод о более активной конкуренции по сравнению с рынком вкладов.

Для оценки конкуренции рассчитаем индекс Херфиндаля — Хиршмана. Значение индекса за весь исследуемый период находится в интервале 1000–1800. На основе этого рынок оценивается как умеренно концентрированный.

Обобщая полученные данные, можно сделать следующие выводы. Рассматриваемые сегменты российского рынка банковских услуг являются соответственно высоко- и умеренно-концентрированными с наличием доминирующей фирмы. Наиболее концентрированный — рынок вкладов, что свидетельствует о менее интенсивной конкуренции на нем. На исследуемых сегментах доминирует Сбербанк, доля которого превышает 30 %. Соотношение долей ближайших конкурентов превышает критическую пропорцию 2 к 1, способствующую активности конкурентной борьбы .

Второй уровень конкуренции — конкуренция банков с небанковскими финансовыми организациями или в терминологии, применяемой Банком России, некредитными финансовыми организациями. На разных сегментах рынка она разворачивается по-разному.

На кредитном рынке все активнее конкурируют с банками различные МФО. В 2017 году темпы прироста портфеля МФО ускорились и составили 28,0 % (25,3 % в предыдущем году) .

Объем предоставленных микрозаймов достиг 112,8 млрд руб. (88,1 млрд руб. — в 2016 году). Большая часть займов приходится на физические лица — 78,7 %, причем почти треть — это микрозаймы «до зарплаты». Займы индивидуальным предпринимателям составили 11,1 %, а юридическим лицам -10,1 %. При этом быстрее всего росла задолженность по основному долгу по микрозаймам, предоставленным физическим лицам, — на 33,1 % за год. Прирост показателя по индивидуальным предпринимателям составил 6 %, а по юридическим лицам за тот же период — 19,6 % .

По объемам кредитов МФО пока не могут конкурировать с банками. По итогам 2017 года общая сумма предоставленных экономике и населению кредитов достигла 42366, 2 млрд. руб. Но по темпам роста МФО обгоняют банки. Темпы прироста кредитов, предоставленных банками нефинансовым организациям, за 2017 год составили всего 0,2 %, а населению 12,7 % за тот же период . Конкуренцию банкам микрофинансовые институты составляют на таких сегментах рынка как рынок потребительского кредитования и кредитования субъектов малого предпринимательства.

В 2017 году активизировалась и деятельность МФО по привлечению сбережений. За год сумма средств, предоставленных МФО физическими лицами увеличилась на 26,9 %. Прирост же банковских вкладов населения за текущий год составил 7,4 %. Приток средств физических лиц в МФО происходит на фоне снижения ставок по депозитам кредитных организаций. Средневзвешенная ставка по банковским депозитам физических лиц (до 1 года), кроме «до востребования», снизилась за 2017 г. на 1,2 п.п., до 6,1 % .

Рынок переводов и платежей является очень неоднородным и высокосегментированным, что затрудняет оценку конкуренции. В проведенном Банком России исследовании конкуренции на финансовом рынке выделены следующие сегменты рынка, для каждого из которых характерные свои особенности: межбанковские переводы; переводы физических лиц со своих банковских счетов; переводы денежных средств без открытия банковского счета; переводы с использованием кредитных и дебетовых карт; переводы электронных денежных средств. В сегменте межбанковских переводов и переводов физических лиц со своих банковских счетов доминирует Сбербанк с долей 78 % и 88 % соответственно. Сегмент переводов денежных средств без открытия банковского счета представляет собой классическую олигополию с тремя лидерами — ПС «Золотая Корона», ПС «Вестерн Юнион» и ПС «CONTACT». В сегменте переводов электронных денежных средств конкуренцию банкам составляют ЭПС, которые в силу регуляторных требований зарегистрированы в форме небанковской кредитной организации или банка. Лидером является система «КИВИ» (КИВИ Банк (АО)) .

Следует отметить еще одну тенденцию. Развитие финансовых технологий привело к появлению новых моделей предоставления финансовых услуг: краудфандинг, краудинвестинг, робоэдвайзинг, равноправное (одноранговое) кредитование по модели peer-to-peer (P2P) и др. Финансовую услугу можно получить не в банке, а воспользовавшись, например, мобильным приложением. Появляются новые поставщики традиционно банковских услуг — ФинТех компании. В этих условиях банкиры считают неизбежной потерю доли рынка, которая по разным оценкам может составлять от 20 до 30 % .

Подводя итог, хотелось бы остановиться на двух моментах.

Межбанковская конкуренция характеризуется средней интенсивностью и доминированием на различных сегментах одного банка — Сбербанка.

Огромное влияние на финансовый рынок оказывают современные технологии, цифровизация, ведущие к активизации конкуренции банков с новыми поставщиками финансовых услуг.

Литература:

Рассчитано автором на основании данных Банка России и РИАРейтинг

Банк России увидел риски в создании банковских экосистем

Какие еще риски для конкурентной среды видит ЦБ

Банк России описывает состояние конкурентной среды в сфере переводов и платежей, эквайринга, кредитования и привлечения средств, страхования, инвестиций. ЦБ рассматривает целесообразность введения дополнительных мер по стимулированию конкуренции.

  • Меры по борьбе с «зарплатным рабством», в частности перевод зарплаты по номеру телефона через Систему быстрых платежей и бесплатный вывод зарплаты на счета в других банках. За счет этого решения регулятор рассчитывает снизить издержки потребителей при подключении к услугам разных банков.
  • Введение «конкурентного нейтралитета» для госбанков. Кредитные организации, в капитале которых участвуют госструктуры, не должны использовать финансовую или иную помощь от государства, чтобы получить преимущество при ведении коммерческой деятельности. «В связи с этим необходимо осуществлять публичный контроль полученной госбанками помощи от государства и результатов ее использования», — указывают авторы.
  • Ограничения сделок M&A на финансовом рынке. Банк России выступил за законодательные барьеры для совершения сделок слияния и поглощения финансовыми организациями, если доля объединенной структуры превысит 30% хотя бы на одном из сегментов рынка. Это позволит предупредить чрезмерную консолидацию, говорится в докладе.

Крупные финансовые организации создают экосистемы, в которых собираются «большие массивы наиболее значимых данных о гражданах», отмечает ЦБ: «В некоторых случаях крупнейшие из таких игроков используют в качестве конкурентного преимущества такой фактор, как особые отношения с государством (например, первоочередное получение данных из государственных информационных систем)». Кроме того, такие компании «задают собственные правила работы, замыкают граждан в периметре своих экосистем, тем самым заменяя собой государственные институты и оказывая существенное влияние на экономические показатели». Из-за этого происходит монополизация экономики, растут «риски утечки и неправомерного использования информации о гражданах в коммерческих интересах, снижения контроля со стороны государства за безопасностью оборота информации о гражданах».

СБП должна быть одна

В докладе регулятор критикует создание аналогов Системы быстрых платежей (СБП) банками. СБП была запущена в начале 2019 года для денежных переводов физических лиц между разными банками по номеру телефона. В ней уже участвует 27 банков.

В июне Госдума приняла законопроект, который обязал все системно значимые банки присоединиться к СБП с 1 октября. Единственный игрок, который этого не сделал, — Сбербанк (его глава Герман Греф не раз заявлял, что не видит причин присоединяться к системе). За невыполнение требований закона ЦБ направил Сбербанку предписание и назначил как минимум один штраф. Председатель ЦБ Эльвира Набиуллина заявила, что регулятор будет штрафовать Сбербанк до тех пор, пока тот не присоединится к СБП. Греф сказал, что банк не успеет подключиться к СБП до конца 2019 года.

У Сбербанка есть своя система переводов по номеру телефона. В 2018 году, еще до появления СБП, он дал возможность присоединиться к ней другим банкам и компаниям. Сейчас среди ее участников — четыре банка (Тинькофф Банк, Совкомбанк, Проинвестбанк и СДМ-банк) и четыре компании («Связной — Евросеть», МТС, WebMoney и «Моби.Деньги»).

«Создание аналога СБП одним из участников рынка приведет к значительному искажению конкурентной среды. Создатель такой общерыночной системы получит доступ к огромным массивам рыночных данных, а также рыночную власть в части допуска и определения условий участия для остальных участников рынка», — отмечается в докладе ЦБ. Регулятор не уточнил, о каком именно банке идет речь

Переводы между физлицами не единственный сегмент, где Сбербанк конкурирует со своим акционером: летом текущего года он быстрее ЦБ запустил свою технологию платежей по QR-коду, которая открыта и для других банков.

Рассказываем о главных событиях и объясняем, что они значат.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *